– Ты знаешь, почему мы здесь…– не то спросил, не то утвердительно, процедил он.

– Не имею представления, – сдавленно, выдохнула она.

– Брось врать! – грубо бросил он и, с картинной медлительностью, высвободив закинутую руку из-за спинки стула, посмотрел на часы.

Потом, не поворачивая головы, и ни на кого не глядя, приказал включить телевизор.

Вспыхнувший экран в ысветил зал с людьми. Вверх по амфитеатру с микрофоном в руках взбегал Повзнер. Шла его авторская программа «Мы».

Инна с мужем всегда с интересом смотрели эту передачу. Но сейчас ей было не до неё. И, вообще, не до телевизора.

– Господин полковник, переключить на АзТВ? – спросил, сидящего за столом, человек в маске.

– Не обязательно, – отмахнулся тот, заинтересованно глядя на вбежавшего в комнату сотрудника.

– Нашёл! – радостно сообщил тот, ставя перед полковником распечатанную пачку стирального порошка «Барф».

– Откуда этот порошок? Я пользуюсь другим, – с недоумением спросила Инна.

– А это уж ты нам скажешь, хозяюшка, – зловеще ухмыльнулся полковник и, скорчив гримасу, с отвращением, двумя пальцами, снял с пачки свалявшийся ком сухой паутины.

– Я обнаружил её за ванной. Там толстенная пыль и паутина.

– Ну, и что ты мне суёшь? – заглядывая вовнутрь пачки, прорычал он.

– Так там не стиральный порошок. Там аммонал.

– Ах, вот как… – свирепо задвигав желваками, полковник запустил руку в пачку.

И в это время, стоявший у телевизора человек в маске сообщил:

– Эльхан мялим, началось.

Полковник резко обернулся к телевизору. На экране появилась заставка «АзТВ». И все, кто находился в комнате, уставились в телевизор, как на какую-то невидаль. Голос за кадром дважды через паузу объявил: «Внимание! Передаём экстренное сообщение!»

А через пару секунд, на экране возникло напряжённое лицо диктора.

«Уважаемые телезрители, – густо произносит он, – мы прерываем передачи всех каналов телевидения для экстренного сообщения.

Пресс-служба Президента Азербайджана уполномочена сообщить:

Сегодня Президентской Службой Безопасности было предотвращено дерзкое покушение на Главу государства. Личной охране удалось в считанные секунды обезвредить покусителя, который незамеченным проник в кабинет Президента.

Глава государства невредим. Преступник схвачен и даёт показания.

Судя по документам, обнаруженным у задержанного, им оказался врач Маштагинского психоневрологического диспансера Караев Микаил Расул оглы.

В автомашине марки «ВАЗ 2106», принадлежащей Караеву, сотрудники органов национальной безопасности обнаружили электронное взрывное устройство с запущенным таймером. Автомобиль стоял припаркованным к фасаду комендатуры Президентского аппарата. По мнению специалистов, «адская машина» изготавливалась кустарным образом и обладала способностью поднять на воздух все здание.

По факту покушения возбуждено уголовное дело. Ведется следствие.

Президент благодарит за умелые действия и проявленные высокие профессиональные качества сотрудников своей охраны.

В комнате стояла оглушительная тишина. Ошарашенная услышанным, Инна потерянно смотрела перед собой. Окаменевшие в мел губы и, пробежавшая по лицу судорога, независимо от нее, выстукали дробную, но достаточно разборчивую фразу:

– Он все-таки сделал это…

– Что?!.. Что ты сказала?! – подскочив со стула, выкрикнул полковник.

Инна невменяемо качала головой.

– Как?! – взбеленился полковник. – Ах ты, гадина! – схватив женщину за волосы, он притянул её лицо к себе и, со скрипучей свирепостью, процедил:

– Гадина! Не ты ли сказала: «Он всё-таки сделал это?»…

– Отпустите… Больно… – взмолилась Инна.

– Я тебя спрашиваю! – царапая её щетинистым взглядом, не унимался полковник.

– Я не отказываюсь.

Отбросив её голову на спинку кресла, полковник подбоченился.

– Так-то лучше, – похвалил он и, с мягкой вкрадчивостью, добавил:

– Сейчас садись за стол и всё по порядку напиши. Всё без утайки. Чистосердечное признание снимет с тебя тяжесть вины. Я – обещаю, – привычно соврал полковник и, сочувственно, вкладывая в свои слова какой-то заговорщический смысл, добавил:

– Ну, какая может быть на тебе вина?.. Её, если и захочешь, не придумаешь.

– Хорошо, – отозвалась она и, окончательно взяв себя в руки, спросила:

– Как мне тебя называть?.. Кто ты?..

– Почему «ты»? – вскинулся полковник.

Инна с неподдельным недоумением и, не без иронии, посмотрела на него: мол, неужели непонятно?