– Скорей, скорей, как можно скорей!

* * *

Грант лёг спать после обеда Джонсоном, а проснулся Грантом. Он не узнал обстановки. В течение нескольких минут он собирался с мыслями, опуская и подымая свои окуляры, и вдруг вспомнил всё, вплоть до настойчивых глаз, смотревших на него в упор в кабинете Матапаля 11 мая в Нью-Йорке.

Грант поднял голову и побледнел. Он увидел календарь, показывающий 3 июня.

Путаясь в незнакомых комнатах, Грант выскочил наконец на лестницу, а затем и во двор.

Женщина средних лет, несущая синее ведро с молоком, приветливо ему улыбнулась и сказала:

– Добрый вечер, мистер Джонсон, сегодня Валькирия дала лишних два ведра. Замечательная корова.

Профессор Грант дико посмотрел вокруг.

– Кто вам сказал, что я - Джонсон? Моя фамилия - Грант. Вы ошиблись. И потом, не можете ли вы мне сказать, где я нахожусь?

Женщина всплеснула руками.

– Ай, мистер Джонсон, мистер Джонсон! Я никак не предполагала, что четверть пинты персиковой настойки могут так сильно повлиять на воображение такого крепкого старика.

– Я трезв, а вы просто - невоспитанная дама! Где я нахожусь?

– Где? Да очень просто. Если хотите, вы находитесь на острове мистера Матапаля в Атлантическом океане и заведуете молочной фермой.

– Остров в Атлантическом океане? Матапаль? Молочная ферма? О! Теперь я понял всё. Человечество погибнет, и я в этом виноват!

С этими словами профессор Грант перевернул ногой синее ведро с молоком и бросился, размахивая руками, на улицу.

* * *

Если бы Джимми не натолкнулся на профессора у самых ворот молочного питомника, могли бы выйти большие неприятности, но, к счастью, всё обошлось благополучно. Он заставил профессора следовать за собой и привёл его в пещеру, где их с нетерпением ждала Елена.

Обсудив положение дел, профессор Грант сказал:

– Я сделал глупость. Матапаль завладел островом, и человечество должно погибнуть. Теперь я обязан - хоть, может быть, это и слишком поздно искупить свою вину. Я немедленно должен бежать на материк и предупредить мир о грядущей катастрофе. На земном шаре есть много кораблей, лодок и дерева. Я думаю, что ещё многим удастся спастись. Прощайте, дети! Джимми, я оставляю Елену на ваше попечение. Будьте счастливы. Вряд ли мы увидимся когда-нибудь.

Елена топнула ногой.

– Я во всём виновата. Это я посоветовала ехать к Матапалю. Я отправляюсь на материк с тобой. Это мой долг.

Джимми сказал:

– Моя электромоторная лодка свободно может вместить троих. Аккумуляторы в исправности. Без мисс Елены у меня нет никаких оснований оставаться здесь, хотя бы даже это и спасло мне жизнь.

Елена нежно посмотрела на Джимми.

Дождавшись глубокой ночи, профессор Грант, Елена и Джимми бесшумно спустили на воду лодку и отчалили от острова.

Небольшая электромоторная лодка, чёрным силуэтом перерезавшая золотой столб лунного света, ни в ком из обитателей острова не вызвала ни малейших подозрений.

Беглецы вышли из кольца пароходов, которые через два дня должны были уйти на материк с рабочими, кончающими оборудование города, и взяли курс на Капштадт.

* * *

А в это время, в двадцати саженях от острова, из океана вынырнула небольшая одноместная подводная лодка. Ван вылез из люка, осмотрелся и справился с картой.

– Так и есть. Это он.

Затем Ван вплавь добрался до берега и, выбравшись на сушу, увидел следы ног, ведущие к скалам. Он вытащил лупу и нагнулся. Луна светила достаточно ярко. Ван тихо свистнул.

– Эге! Да, никак, это следы Джимми! Мне повезло. Теперь-то я уже, наверное, отыщу и самого профессора Гранта. Тогда, надеюсь, моя репутация будет спасена.

С этими словами Ван двинулся по следам, которые вели в пещеру.

Добравшись до Капштадта, профессор Грант, Елена и Джимми прежде всего бросились к городскому секретарю. Но, к своему крайнему изумлению, увидели на крыше секретарского дворца красный флаг. В дверях их остановил красногвардеец.

– Мне необходимо немедленно видеть городского секретаря!
– сказал профессор Грант.

– Городской секретарь,- сказал красногвардеец с достоинством,принимает передачи по средам и субботам от часу до двух в местной тюрьме, где он сидит вот уже пятый день.