Смывая с себя свои экскременты, при этом матерясь и с ужасом вспоминая недавние события, Данил немного успокоился. Вода все же подействовала на него благотворно. Выйдя из душа, он обнаружил Лили на прежнем месте, все так же с поникшей головой. Не обращая на неё внимания, сдёрнул с кровати испачканный матрас, одеяло и подушку, бросил всё это на пол, подумал: «Как я завтра всё это объясню работнице отеля, которая будет принимать у него номер?»

– Что ты предлагаешь? – резко и жёстко спросил Данил Лили, скидывая грязное постельное бельё, при этом почувствовал, как ткань с трудом преодолевает участок кровати на котором сидела девушка, затем добавил:

– Но то, что произошло сегодня, не должно больше повториться, иначе я вынужден буду принять меры, Лили! Ты, слышишь меня! Я чуть не задохнулся, лёгкие до сих пор болят, ты понимаешь это?! – трудно было сдерживать гнев, и не набросится на свою Тульпу.

Лили сидела на краю кровати, опустив голову, всхлипывала, шмыгая носом, показывая всем видом, что она тоже расстроена недавними событиями или очень эффективно притворялась.

– Ты Дань преувеличиваешь, я всё контролировала от начала и до конца, так, что тебе ничто не угрожало. Прости меня, я поняла, что допустила ошибку, заигралась и не повторю больше такого. Но тогда нам придётся вместе решить один щекотливый вопрос. Как мне быть? Постоянно недоедать? Я уже не могу так, мне необходима пища, а её источник - это ты! – Лили повернулась к Данилу, её глаза были полны слёз, а по щекам текли ручейки влаги, растворяясь в районе подбородка.

– Это неминуемо приведёт к моим неконтролируемым подобным выходкам. Так как на данном этапе моего развития я полностью завишу от энергии, что получаю от тебя. Моё тело стало намного сильнее, да ты это сам ощущаешь, теперь я могу двигать небольшие предметы в физическом мире. Чтобы поддерживать такое эфирное тело, необходимо очень много энергии, которую ты мне не можешь дать в полном объёме. Что мне делать? Ведь я тоже живая?! – последний вопрос Тульпа выкрикнула:

– Думаешь это легко, ходить постоянно голодной? Испытывать боль и жажду? Что мне делать?

Данил внимательно слушал Лили и не знал, что ответить на её вопросы, поэтому повторил свой вопрос:

– Хорошо! Я понял тебя! Ещё раз повторюсь. Что ты предлагаешь?! Но терпеть, что-то подобное я не намерен!

В дверь постучались:

– Извините, у вас там всё хорошо? – раздался голос горничной из-за двери.

Данил понял, что он разговаривает с Лили на повышенных тонах. Пришлось выдворить женщину, сказав, что он репетирует роль. Все в гостинице думали, что он какой-то там актёр, поэтому это вполне прокатило, горничная ушла.

– Есть один простой и в той же мере очень эффективный способ, как меня кормить, не прибегая к использованию твоей энергии, Дань, – с надеждой уставившись на Данила начала говорить Лили:

– Этот способ древний, как мир, им пользовались и до сих пор пользуются практически все, кто имеет свою очень сильную как я Тульпу. Правда, нас, таких как я, люди редко называют именно так, только сведущие как ты, Дань, называют нас настоящим именем, а именно Тульпа. Другие именовали нас богами, духами, идолами. Приносили нам жертвы, чтобы кормить нас, давая таким образом энергию, что бы мы в свою очередь помогали им.

– Ты хочешь сказать, что для тебя необходимо зарезать барашка? – озадаченно спросил Данил, стараясь в этот раз говорить потише.

– Если примитивно, то да. – ответила Лили и продолжила:

– Но не всё так просто. Понимаешь, жертвенное животное должен убить именно ты. Только так я могу питаться чужой энергией, полученной через кровь. И ещё немаловажный факт: при заклании жертвы, она должна как можно дольше мучаться, – Лили скривилась, видя, как Данил открыл рот от удивления.

– Чем больше жертва мучается перед смертью, тем более качественную энергию я получаю, по-вашему, лучше, более разнообразно питаюсь. А если еда качественная, то я становлюсь намного эффективней в своей деятельности, ну и естественно дольше могу держаться до следующего приёма пищи. Отсюда такие кровавые и жестокие в древности, да и сейчас жертвоприношения, просто сейчас сей факт тщательно скрывают. Но многие сильные мира сего, кто имеет свою Тульпу, по горло в крови.

– И кого я тебе в жертву принесу? – спросил с отвращением Данил и тут же добавил скептически:

– Голубя или может кошку?

Девичья фигурка дрогнула и, изображая кошку, подползла к Данилу, прямо по матрасу, оставшегося без постельного белья. Наблюдая за её грациозными движениями, Данил обратил внимание, что натянутая ткань матраса под её коленками и ладонями слегка, почти незаметно проминается. Сперва он хотел всё это списать на свои галлюцинации, но вмятины оставались даже после того, как Лили передвигала свои конечности дальше, на новое место опоры.

– Вряд ли ты Дань, захочешь умертвлять целую дюжину кошек, а про птицу я вообще молчу. Это маленькие зверьки и их жизненная энергия плохо подходит, чтобы накормить такое существо как я. Можно, конечно, попробовать крупнорогатый скот, я думаю двух-трёх больших быков мне хватит, но их очень трудно удержать, когда они подвергаются жестоким пыткам.

– Что, обязательно мучать животное, прежде чем убить? Я на это не способен. Ты же знаешь, Лили. А если я их просто пристрелю? – чувствуя, как во рту появилась неприятная оскомина, только лишь от одной мысли, что кого-то нужно пытать.