Шрифт:
– Что в нём было такого особенного? Насколько он был хорош? – не унимался Демид.
– Настолько хорош, что мне никогда не хотелось другого мужчину и не хочется теперь.
Оля вышла. Хотя она была благодарна Демиду за спасение их из плена, теперь пришло время отдалиться. При мысли об этом она испытала облегчение.
Когда Демид ушёл, Ольга зашла к сыну. Тот сидел за своим ультрабуком, но не играл.
– Всё слышал, да? – спросила она, хотя уже знала ответ.
– Угу, – ответил Хас. – Я тут вспомнил, что сегодня год, как мы без папы.
– Обещаю, я подкоплю денег, и мы съедем отсюда при первой возможности. Поселимся где-нибудь в глубинке, подальше от суеты.
Вдруг на открытый балкон прилетел ворон.
– Смотри, мам, это Карл! – радостно воскликнул Хас, подставляя руку, чтобы птица села не неё.
Ворон послушно приземлился на Хаса и приветственно каркнул.
– А ведь точно, – удивилась Ольга. – Как-то нашёл нас, прилетел. И где пропадал столько времени?
– От него всё ещё пахнет папой, – заметил мальчик.
– Милый, тебе просто кажется, – печально покачала головой Ольга.
– Нет, мам, не кажется.
Глава 6
– Вороны – очень умные птицы. Раз Карл нашёл нас, то, значит, и папу нашёл ещё раньше, – сказал Хас.
– Хас, дорогой, я тоже тоскую по папе и мне без него плохо. Если он чудом окажется жив и вернётся к нам, я буду счастлива. Но давай не будем посвящать всю жизнь ожиданию, чтобы потом не было мучительно больно.
Хас тяжко вздохнул.
– Да, мам. Если папа вернётся и увидит, что я разучился ходить, ему за меня будет стыдно.
– Неправда. Папа любит тебя и всегда поддержит. Тем более, на реабилитации нам выдали новую эффективную программу упражнений. Так что всё будет хорошо.
– Да, я буду теперь стараться в сто раз больше! – пообещал он.
Только Хас успел заглянуть Карлу под крыло, как тот улетел. Никаких записок или других намёков от Хастада на птице не оказалось.
Своим появлением Карл заставил Хаса верить, что Хастад жив.
Ольга, встревоженная появлением питомца Хастада, вызвала на разговор Демида. Если есть хоть шанс, что великан выжил, Демид расколется, что тогда, на базе, он соврал.
Но, увы, в этот раз Ольга лишний раз окунулась в боль прошлого.
– Ну что ты всё цепляешься за призраков, дорогуша? – как всегда, не осторожничая, высказал ей Демид. – Сколько раз тебе повторять: я видел его хладный труп точно так же, как тебя сейчас. Да и стал бы я тебя обхаживать, если бы верзила был жив? Я же не идиот и не самоубийца.
– Прилетел наш ворон, и от него пахло Хастадом, – поделилась новостью Ольга.
Демид закатил глаза.
– Давай рассуждать логически: наверняка ворон временами наведывается в вашу лесную хибару, а там всё пахнет великаном. Вот и ответ!
Ольга покачала головой:
– За год запах выветрился, да и птица жила не в доме. В том-то и дело.
– Значит всё ещё проще: твой мальчишка – бессовестный выдумщик.
– Хас не стал бы сочинять.
– Ольга! – пожурил её Демид. – Вроде уже большая девочка, а в сказки веришь.
И всё. На этом разговор кончился, а Ольга почувствовала, как у неё внутри загибается от боли маленькая ранимая девочка.
***
Появление Карла затерялось в череде суетных и тяжёлых дней.
У Хаса начался подростковый период. Кожа и мышцы не поспевали за ростом костей. На коже появились похожие на шрамы растяжки, а всё тело болело, и теперь Хас даже сидел с трудом. Гимнастика и прогревания временно облегчали боль, но ночами мальчик просыпался и стонал.
В феврале Хасу исполнилось двенадцать. Он вырос из всей своей одежды. На его ноги с треском налезал сорок шестой размер обуви, и Ольге пришлось заказывать ботинки для сына в мастерской.
Рост не измеряли, но диван стал мал Хасу, а значит, его рост достиг или почти достиг двух метров.
На улице в светлое время суток и на людях Хас больше не появлялся. Боялся, что в него начнут тыкать пальцем. Слишком трудно стало прятать его великаньи черты во внешности.
Одно радовало Ольгу: пробудившаяся у Хаса способность к созданию пространственных порталов снова уснула. Мальчик много раз втайне от мамы пытался переместиться из спальни на кухню, но не получалось. А ведь он так хотел, чтобы папа им гордился. Может, ещё придёт его время…