Шрифт:
Шен кивнул и надел все амулеты обратно, посмотрел на часы и сказал:
— Ты спал?
— Да, чуть-чуть.
— Ложись спи дальше, утром отдыхай, можешь отчёт по дуэли написать, если захочешь. Тебе будет полезно. В час дня у тебя встреча с куратором практики, сходишь в деканат, возьмёшь документы и договоришься по графику. Потом вечером ты, куратор и два преподавателя поедете осматривать фронт работ и составлять план. Тебя поселят к фермерам, ты там как бы оставишь «маяк» и запас архита, помни — у тебя официально третий уровень, заклинания выше третьего не используй.
Барт кивнул, Шен посмотрел на него с большим значением:
— Левитация, которую ты так любишь использовать для проникновения в гости через окна, к слову, четвёртого. Если ты вдруг забыл.
— Я помню, — скромненько потупился Барт, — никто не видел.
— Там весь Синий Камень уже в курсе.
— Доказательств ни у кого нет, — ещё скромнее опустил глаза Барт, Шен усмехнулся и не стал это комментировать. Посмотрел на часы и сказал:
— Иди спать. Завтра закончишь все предварительные дела по практике, сходишь на примерку мундира и найдёшь меня после вечерней тренировки, я дам ещё задание.
— Хорошо.
— Свободен.
Барт встал, поклонился и ушёл спать. На самом деле, конечно, хомячить заначенную еду и ковырять стыренные каркасы чужих щитов, но это уже его глубоко личное дело.
5.36.1Б Барт нигде не был
Он уснул на рассвете, когда каркасы щитов уже качались перед глазами от усталости, зато разобрал на элементы всё, что только смог. Пришёл к выводу, что разрядила амулеты всё-таки Вера, но доказательств у него не было, кроме извечного «есть подозрение», с которым он ни за что не пошёл бы к Шену, хотя такие подозрения почти всегда оказывались правильными.
«Надо найти доказательства.»
Думать о том, что ради добычи этих доказательств ему придётся довести Веру до спонтанного энергетического выброса, было как-то неприятно, поэтому он решил не думать, а лёг и уснул, а проснувшись по будильнику, сразу перешёл к следующему пункту плана.
«Что Шен говорил сделать? Написать отчёт по дуэли, если захочу. Я хочу?»
Долгих десять секунд покопавшись в себе, он решил, что не хочет, и перешёл к следующему пункту.
«В час дня встреча с куратором практики.»
До часу ещё было время, так что он сходил в душ, оделся прилично, перекусил заначенной вчера едой и пошёл искать Эльви.
Эльви нашлась дома, и она спала. Он понял это по ауре, но всё равно решил зайти проверить, тем более, что в квартире никого не было, кроме неё. Телепортировавшись в центр её спальни, он внимательно изучил ауру Эльви и лицо Эльви, и даже подошёл поближе, чтобы лучше рассмотреть. Она абсолютно точно спала, и даже видела сон, вполне спокойный.
На этом следовало бы перейти к следующему пункту плана, но что-то пошло не так.
Где-то глубоко в душе он полностью осознавал, что ведёт себя максимально неприлично, и это вообще статья, если по-хорошему — проникновение в чужое жилище, уголовная статья, это точно.
«Я преступник. Обалденно. Молодец, Кан Барт. Надеюсь, у тебя есть оправдание.»
У него не было оправдания. У него была тишина, немного воздуха в лёгких, и спящая девушка в кружевной нижней рубашке, в метре перед ним.
«Метр — это слишком много.»
Он сделал маленький бесшумный шаг.
Эльви нахмурилась и стала дышать по-другому, он дико перепугался и предельно чётко осознал, что не сможет построить нормальный телепорт за ту долю секунду, которая потребуется Эльви на то, чтобы открыть глаза.
Секунда прошла, потом вторая, Эльви не просыпалась, сердце Барта колотилось под горлом как бешеное, а он даже руки не поднял, чтобы построить телепорт.
«Надо хотя бы оправдание придумать, уж в этом я мастер. Я… пришёл… за конспектами? Я… заблудился? Я… дурак? Чёрт…
Я преступник — это более правдоподобный вариант. Я раскаиваюсь, это смягчающее обстоятельство. Меня оштрафуют. Я заплачу и буду свободен. Ха, не так уж и страшно. Можно ещё постоять.»
Он стоял так неподвижно, что слышал своё дыхание и ощущал удары сердца по рёбрам, сильно. Сердце было одним из немногих полностью здоровых органов в его теле, когда Шен его только купил, он провёл все возможные анализы и сказал, что сердце у Барта слабое, но это можно исправить упражнениями, и стал заниматься с ним каждый день. На полноценные тренировки его не пускали ещё долгие годы, а он дико хотел, ему казалось, там что-то страшно интересное и очень крутое.