Когда наконец распахнулась дверь, Ужик вскочил навстречу Полозу, несущему раскрасневшуюся кашляющую Олю, закутанную в полотенце. Взял сестру на руки, и та улыбнулась.

Аля жалко всхлипнула, но пошла следом за Полозом, понуро опустив голову.

Ужик бережно опустил сестру на кровать.

— Ты как?

— Нормально, — часто дыша, ответила Оля. — Липко только от мёда.

Она хихикнула.

— И жарко, но мне Кобра сказала, пока не снимать. А она твоя девушка?

— Кобра? Нет.

— А почему?

Ужик смущённо хмыкнул, но подобрал нужные слова:

— Она мне как сестра.

— Не, Алиска совсем другая! Кобра лучше! — заявила Оля.

— Ну ты вот тоже моя сестра, — улыбнулся Ужик.

— Но я-то маленькая! И Аля тоже. А Кобра — взрослая. И красивая.

Ужик рассмеялся и легонько стукнул сестру указательным пальцем по носу. Она в шутку рассердилась, и они провозились, пока Полоз не принёс Алю.

— Теперь Олю мыть. Потом Алю. Потом в ванной убираться…

Дверь распахнулась, и в комнату сунулся встревоженный Аспид:

— Там машина во дворе подъехала. Белая камри — это же ваша?

Полоз замолчал на половине предложения и прислушался.

Ужик кивнул.

Неужели родители?!

Оля с тихим весёлым писком побежала в ванную. Полоз чертыхаясь понёс обратно Альку.

— Отвлеки их минут на пятнадцать, — велел он Ужику.

Ужик вышел в коридор, с ужасом представляя, что скажут родители, если узнают, что он привёл приятелей «колдовать» над сёстрами.

Повернулся ключ в замке. Вот и они.

Ужик долго и обстоятельно расспрашивал родителей, не давая им даже разуться, почему они так рано, что им не понравилось, что они заказывали. Краем уха он слышал, как плескалась вода в ванной, как хихикала Олька и топали туда-сюда Змеи.

В конце концов родители не выдержали, и мама спросила:

— Эдик, что-то случилось?

— Не, — помотал головой Ужик. — Ничего.

— Тогда хватит нас на пороге держать! — прогудел отец. — Дай хоть руки помыть с улицы.

— Э, в ванной девчонки…

— Одни?! — всплеснула руками мать.

А ведь и правда: из-за сырости они всегда задыхаются. Странно, но кашля Ужик вроде бы не слышал. Неужели получилось?!

— Подождите, пожалуйста! — бросил Ужик и кинулся в ванную.

Высунулась Оля и шепнула:

— Все у тебя в комнате. Всё хорошо!

— Ты как, Оля?

— Что случилось? — встревоженная мать тенью встала за его спиной. — Оля, доченька, ты зачем одна купаться пошла?

— Я не одна. Я с Алькой! Мы мёдом запачкались, а он липкий! — Оля хихикнула. — Вот и моемся. Скоро выйдем, мама!

— Вы же мёд не любите… — растерянно произнесла мать.

Из комнаты Ужика выскользнули Змеи, быстро поздоровались и унеслись в подъезд, подхватив обувь. Шнуровались на лестничной площадке и перешёптывались.

— Что тут происходит? — нахмурился папа.

Ужик долго и невнятно объяснялся с отцом, пока мама не позвала их ужинать.

— Оставь ты Эдика в покое. Ну занимались ерундой с друзьями — бывает. Главное, что с девочками всё в порядке. А ты, Эдик, будь внимательнее. Я понимаю, что тебе тяжело, но ты же сам вызывался присмотреть за сёстрами.

Ужик уставился в тарелку и молчал. Не объяснишь же, что к чему.

Пришло сообщение от Кобры: «Не давайте им мёрзнуть трое суток, не меньше! Никаких сквозняков. И пусть побольше пьют. Всё будет хорошо, Ужик!»

Вечером он приоткрыл дверь в комнату сестрёнок.

Девчонки лежали спокойно. Олька свесила руку с кровати, Аля вытянулась во весь рост, как кошка. А обычно во сне близняшки съёживались и часто вздрагивали, хрипло дыша. А теперь спали, как нормальные дети.

На следующей день и родители заметили изменения. Девчонок снова повезли по врачам. Неведомая хворь, мучившая близняшек всю их жизнь, отступила. Врачи разводили руками, родители сначала боялись, что всё вернётся, а через несколько месяцев привыкли. Сестрёнки радовались: наконец-то можно поехать с родителями в парк, покататься на каруселях, покормить белок, посмотреть на большой фонтан.

А Ужик просто знал, что теперь он обязан не только Полозу, но и Кобре с Аспидом. И что он всегда готов быть рядом с ними.

«Моя команда»

Змеи становились всё ближе, всё сплочённее. Неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом. Полоз терпелив. Он знал, что его банда должна быть крепкой, и делал всё, чтобы усилить связи между Змеями. Чтобы привязать их к себе. Ведь сами по себе они ничего не значат.

Аспид быстро уверовал в то, что Полоз всё может. С тех пор, как Полоз спас его от песочного монстра, Антон смотрел на главного Змея как на сверхчеловека. Это было приятно. В той истории самым сложным оказалось уговорить Дашку не звонить дяде. У них должна была появиться тайна от Шпиля, чтобы Даша и Антон считали самым близким человеком не дядю, а его, Полоза.