В вахтерку Володя вошел пошатываясь, разбудил мирно посапывающего Сашку.

– Извини, но мне пора идти домой.

Сашка сел на топчане и, потянувшись, обнял Володю:

– Куда ты спешишь? Оставайся здесь...

– Нет, я пойду, дома дел много, - Володя убрал в "дипломат" пустую бутылку и свой перочинный нож, протер стаканчики и поставил их в тумбочку.

– Проводи меня.

Володя взял Сашку под руку и повел по лестнице вниз. "Быстрее, быстрее!" - мысленно приказывал он, - "Открывай эту проклятую дверь!" - на пороге он хлопнул Сашку по плечу.

– Не забудь, завтра поговори обо мне. А я тебе позвоню! Пока!
– и как только металлическая дверь с грохотом захлопнулась, быстрым шагом пошел вдоль забора, а выйдя на улицу, побежал к автобусной остановке.

"Что сейчас творится на телефонной станции?
– думал Володя, подъезжая на автобусе к метро...
– Если я правильно рассчитал, уже должны суетиться!" - И выйдя из автобуса, он вошел в будку телефона-автомата...

Трубку сняли сразу.
– "Кузнецов слушает!" - раздался незнакомый голос. Володя вздрогнул от неожиданности, хотя и предвидел это.

– Мне бы Александра.

– Подождите минуточку. Я сейчас его приглашу.
– Володя ясно чувствовал, как отыскивают сейчас телефон, из которого он звонит. Руки его задрожали.

– Мне срочно!
– закричал он и, повесив трубку, пошел к метро.

Несколько раз, проехав несколько остановок, он переходил с линии на линию, "путая следы". Примерно через час, уже на другом конце города, вышел на улицу и, пройдя несколько кварталов, очутился в тихом, знакомом с детства переулке. Снова позвонил на телефонную станцию.

Тот же голос ответил.

– Кузнецов!...

– Я просил Александра.

– Куда вы пропали?
– быстро заговорил мужчина.
– Я только его отыскал, а вы уже трубку повесили. Вот, он уже...

Володя не выдержал и закричал:

– Что вы со мной играете? Я все знаю. И скоро об этом узнают все. Так и передайте своим.

– Я вас не понимаю, - продолжал спокойно мужской голос. Что вы так разволновались? Подождите немного. Александр уже подходит.

– Александр ни о чем не догадывается. И меня он не знает. Мы всего два дня тому назад познакомились. Оставьте его в покое!

Володя бросил трубку на рычаг и, перейдя улицу, скрылся в подъезде дома напротив. Поднявшись на второй этаж, он остановился у окна. Секунд через тридцать к телефонной будке подъехал милицейский "УАЗик". Два человека выскочили из него. Один вбежал в телефонную будку, второй беспокойно оглядывался, вероятно, стараясь отыскать прохожих, но на улице было безлюдно. Володя немного постоял, прижимаясь к стене и наблюдая, а затем медленно пошел по лестнице вверх. В этом районе он жил в детстве, бегал с друзьями по проходным дворам и парадным. И сейчас, на пятом этаже он перешел по узкой галерее с большими застекленными окнами на другую лестницу и, спустившись вниз, вышел уже на соседней улице.

В автобусе он чуть не плакал. Возбуждение не проходило, Кружилась голова, к горлу подступал неприятный тугой комок, который он пытался удержать в себе.

"Что будет с Сашкой? Ведь он ничего не знал. Но я не мог ему ничего сказать... А они зашевелились. Значит, правильно я рассчитал... Пускай поохотятся. Посмотрим, кто кого?..."

Уже далеко за полночь вошел он в квартиру. Но не в свой подъезд, а в доме напротив. Здесь проживал его случайный знакомый, такой же как и Сашка, уехавший на несколько дней в командировку. Квартира эта была нужна Володе, чтобы досмотреть все до конца, словно интересный фильм, в котором он играл главную роль. Но ему постоянно казалось, что охотятся не за ним - какой он преступник? Он смотрел на все происходящее словно со стороны, и это помогало хладнокровнее рассчитывать все варианты и полагаться на свою предусмотрительность и везение. А в жизни ему везло. Нет, не в каких-либо мелочах: лотерее или в чемлибо подобном, а по-крупному. Поступил в институт и получил специальность, о которой мечтал с детства, женился на девушке, которую любил, устроился на работу, которая его увлекала...

Все шло прекрасно в его жизни, если бы не этот сон. Сон, поначалу казавшийся ему совершенно бессмысленным, но позднее заставивший задуматься. Одно и то же почти каждую ночь...

"... Яркое солнце в голубом небе, зеленая трава по пояс. С женой и сыном стоит он на вершине холма. Внизу в долине цветущие деревья.

– Пойдем вниз, - предлагает Володя и, взяв сына за руки, бегут они втроем вниз, падают в мягкую траву, поднимаются я снова падают, смеясь. Деревья все ближе и ближе. Над ними не видно птиц и стоит странная тишина. Необъяснимая тревога входит в сердце.

Жена останавливается в нерешительности.

– Пойдем обратно, мне здесь не нравится.

– Что ты?
– успокаивает ее Володя.
– Мы же голодные, ничего с утра не ели. Видишь эти плоды на деревьях?

– На цветущих деревьях не может быть зрелых плодов. Пойдем назад!
– просит она.

– Вперед! Ты же со мной!

Они приближаются к деревьям, медленно входят в рощу. Сразу становится душно и темно. С земли уже не видно никаких цветов. Только уходящие вверх черные стволы и голые ветки, покрытые гниющей плесенью. Ветви настолько густо переплетены, что солнечные лучи не могут через них пробиться. Впереди что-то гулко хлопает, Володя вздрагивает и берет сына на руки, крепко прижимает его к себе и свободной рукой тянется вверх, пытаясь сорвать фиолетовый плод. И только он дотрагивается до него, как плод лопается, гулко хлопнув, и окатывает его с сыном вонючей жижей. В этот момент сзади раздается крик. Володя резко оборачивается и видит, что жена схвачена ветвями. Ветки двигаются и как змеи оплетают ее, превращая в деревянный кокон. Мгновение - и ее уже почти не видно в плотном, сплетенном клубке. Слышен треск рвущейся материи, и присоски на ветках с радостным причмокиванием впиваются в ее тело. Володя опускает сына на землю и бежит к этому клубку, вцепляется в ветви, стремясь разжать их. Но они сами, удовлетворенные и довольные, расходятся в стороны, и женское тело падает на землю. Володя опускается к неподвижно лежащей жене, кожа которой покрыта огромными красными язвами, поднимает ее голову, целует и слышит слабый крик. Его сын прямо на глазах вытягивается вверх, деревенеет. Вот его машущие руки засыхают, на них выступает плесень. Уже не слышно его крика, и обращается он в сухой, оплетенный ветками клубок. Ветви других деревьев выталкивают этот клубок из леса, и он беспомощно катится вдоль склона. Володя делает несколько шагов, и тут же упругие ветки хватают его, отрывают от земли. Чмокающие присоски с довольным уханьем впиваются в его тело, разрывая материю. Ветки все плотнее сжимают его, он задыхается ..."