А как я объясню все это тебе, Скворец? Какими незамысловатыми… даже слишком простыми были наши мечты о будущем! Словно наивные дети, мы с тобой мечтали о райском уголке, где можно спрятаться от всех. В этом мире нет рая ни для меня, ни для тебя, любовь моя. Все, что я смогу тебе предложить, — это быть рядом со мной. И я прошу Матерь Тьму, молю ее со всей страстью, какая мне только доступна, чтобы для тебя этого оказалось достаточно…»

За городом, вдоль речного берега, тянулась длинная лента рыбацких хижин, коптилен, сараев, возле которых трепетали на ветру давно высохшие сети, забитые разным сором. Эти поселения доходили до самой низменности, дюжина хижин на полусгнивших сваях стояла уже над морем камышей.

Двойная цепь торчащих шестов отмечала место, где жители выкопали глубокий подводный канал, ведущий на заливные низины, в которых установили широкие крепкие настилы. В обращенное к востоку устье реки Маурик могли войти лишь суда с самой низкой осадкой, поскольку рисунок дна постоянно менялся под влиянием приливов и течений, песчаные мели возникали и пропадали там буквально за несколько колоколов. Припасы, которые сплавляли вниз по реке, выгружались к западу от устья — здесь, на заливных низинах.

Но сейчас вместо торговцев на причале стояли Каладан Бруд, Каллор, вестовой Хурлокель и Орфантал, соплеменник Корлат. Их лошади были привязаны с другого конца настила, примыкавшего к дороге.

Все глядели на реку, словно бы кого-то ждали.

Корлат двинулась по насыпи, соединяющей город с причалом. Достигнув места, где дорога слегка поднималась вверх, тисте анди остановилась, увидев первые малазанские баржи. Очень интересно! При их постройке явно не обошлось без магии. Крепкие, мощные суда, широкие и плоскодонные. Массивные необтесанные бревна охватывали корпуса. Как минимум половину каждой палубы укрывал навес из просмоленной парусины. Корлат принялась считать.

«Больше двадцати. Даже если принять в расчет магию, соорудить такие плоскодонки было непросто. Да еще так быстро… Хотя… почему быстро? Что, если черные моранты занимались этим не одну неделю? Но тогда получается, Дуджек со Скворцом затеяли это с самого начала».

Над судами кружили великие вoроны, и в их крике было что-то насмешливое и дерзкое.

На передней барже были видны солдаты, баргасты и лошади. Подъехав к другому концу причала, Корлат спешилась. Какой-то рхиви принял у нее поводья. Она рассеянно кивнула и прошла на пристань.

Каладан Бруд бесстрастно наблюдал за подплывающими баржами. Лицо Каллора было перекошено издевательской улыбкой.

— Здравствуй, сестра, — на языке тисте анди поздоровался с Корлат Орфантал. — Тебе понравилась поездка через Маурик?

— И давно ты здесь стоишь, брат?

— Около двух часов.

— Ну, тогда я довольна, что не приехала раньше.

— Два часа ожидания — достаточный срок, чтобы свести тисте анди с ума.

— Лжец! Сам прекрасно знаешь: когда нужно, тисте анди могут ждать неделями и при этом даже не шевельнуться.

— Мы умеем приглушать и мысли, и чувства. Но здесь я нашел себе развлечение. Я слушал ветер — и не заметил, как бежит время.

Корлат посмотрела на соплеменника.

«А вот сейчас ты уже вовсю кривишь душой. Ни за что не поверю, будто ты спокойно стоял и слушал ветер».

— Однако я не могу сказать того же о других, — продолжал Орфантал. — Их беспокойство весьма заметно.

— Вы, двое! — рявкнул на них Каллор. — Если вам нужно поговорить, извольте изъясняться на понятном всем языке. И так от меня всю жизнь что-то скрывают.

— Когда есть кому скрывать, — усмехнулся Орфантал, перейдя на даруджийский.

Древний воин молча ощерился на него.

— А ну, прекратите! — потребовал Каладан Бруд. — Не хватает еще, чтобы малазанцы услышали наши препирательства.

На носу первой баржи Корлат увидела Скворца. Ее возлюбленный был в полном боевом облачении. Рядом, блестя кольчугой из монет, стоял Хумбрал Таур. Баргаст держался властно и величественно, явно наслаждаясь тем, какое впечатление он производил на окружающих. Руки Таура опирались на два метательных топора, подвешенных к поясу. Чуть поодаль, слегка улыбаясь, застыл малазанский знаменосец Артантос.

Солдаты, орудуя длинными веслами, проворно увели судно с середины реки и теперь толкали его к причалу.

Корлат не отводила глаз от Скворца. Тот заметил ее не сразу, а лишь когда баржа была почти у самого причала.

Оставив весла, солдаты первыми спрыгнули на причал и веревками подтянули плоскодонку, которая с негромким скрежетом остановилась. Остальные баржи приставали прямо к илистому берегу.

Из-под навеса, пошатываясь, вышла Хетана. Лицо баргастки и без ритуальной раскраски было совсем белым. Она едва держалась на ногах. Орфантал подбежал к ней и протянул руку, которую женщина презрительно оттолкнула. Кое-как спрыгнув на причал, она поспешно удалилась на другой его конец.