— Будь осторожен. Не смей умирать.

Затем медленно подалась вперед, взяла мое лицо в ладони и ласково поцеловала в губы. Поцелуй длился на секунду дольше, чем требовалось. Или все же недостаточно долго? Теплый, мягкий и сладкий, словно падевый мед. Прежде чем я смог решить, все закончилось. Джесс отстранилась и крепко сжала мне руку. В ее глазах горел миллион несказанных слов. У меня на языке — еще один миллион.

Я вообще ничего не понимал. Чего зачем. Ошарашенный смотрел на нее, а она лишь еще больше покраснела и резко развернулась тряхнув своими смешными косичками, закрылась в своей комнате.

— …Это что сейчас было…?

— Меня самого этот вопрос мучает больше всего на свете.

В полнейшем замешательстве я пошел вниз в конюшню, к остальной группе.

Конь на котором прибыл Алонзо, был маститый, переливающийся черным блеском атрийский красавец с бескрайних полей южных пределов империи. Один из самых крупных в стойле, и наверное самый агрессивный. Эта черная бестия стоила целое состояние, такой же дерзкий как свой предыдущий хозяин. Он мне сразу напомнил ту сволочь, что по недоразумению называют конем, которую мы стянули с Мари сбегая из гарнизонной башни В Райлегге. А так же то, чем все закончилось стоило мне только на него взгромоздиться.

На него с завистью истинного знатока смотрел Кассиан. А так же, что удивительно, с восхищением смотрел наш кузнец Харви. У него тоже была своя лошадка, такая же как он просто точь в точь. Широкогрудая толстоногая и абсолютно флегматичная кобыла со смешным прозвищем Яблочко. Из нашей группы у четверых не было лошадей. У меня, у Генри и Моники, а так же у Валессии. Которая так и не вернула мне мои десяток золотых, и периодически рассекала по замку в моей рубашке, взятой напрокат. Это жутко бесило ее братца, а она это похоже делала назло, специально действуя ему на нервы.

Увидев это черную бестию она взвизгнула и подпрыгнула хлопая в ладоши, сразу его застолбив. А так же всем заявила, что будет сражаться в дуэли насмерть, если кто вздумает на нем ехать. Очень надо, я к нему за милю не хочу приближаться. Стоило мне только зайти в конюшню, как почти все лошади заволновались. Они, похрапывая, наблюдали за нами своими умными глазами с исключительно лошадиной смесью пугливости и снисходительности.

Валессия воодушевленная улетела на кухню за кусочками сахара. А мы выбирали себе животин. Вернее остальные их снаряжали и запрягали. А я стоял в нерешительности, не зная, как бы всем сказать.

— В чем дело Дарий? Запрягай себе лошадь, за тебя это никто не будет делать. — Прогудел Харви.

— Тут такое дело. Я не умею ездить на лошади.

Молчание повисло в конюшне, лишь лошади фыркали, предчувствуя близкую прогулку.

— Ты. Что? — Рыжая громко рассмеялась, — Надо же, убийца не умеет ездить верхом?

— Зачем ты его постоянно провоцируешь Флоренц? — Элизабет покосилась на меня. — Дарий, ответь мне честно. Мне просто нужно это знать. Изобель ты убил?

Ей не столько требовался ответ, сколько необходимо было задать мучивший ее вопрос. Так что глубоко вздохнув я посмотрел ей в глаза, искренне ответив:

— Нет Лизи, я не убивал ее. Я не убивал никого в этом замке кроме Алонзо. И то, только потому, что он меня сам вынудил. К Изобель я даже не приближался, я с ней не общался и никак не конфликтовал. Мастер обязательно найдет того, кто убил твою подругу.

— Не знаю, как вы Элизабет, но я ему верю, — прогудел Харви, — видел я бандитов и убийц. Непохож Дарий на них.

Она покосилась несколько секунд на меня, поправила свой брючный костюм и подошла к Харви вплотную.

— Сколько можно напоминать, зови меня Лизи? Если еще раз назовешь меня Элизабет, клянусь, я врежу тебе по яйцам. Учти, я достаточно низкая и достаточно злобная, чтобы это сделать.

Это было страшно забавно. Харви был здоровым, сплошь заросшим черной шерстью словно медведь, выше среднего роста, довольно уродлив, с большой круглой головой, похожей на обточенный речной валун и грубыми, словно вырубленными из камня топором чертами лица, широкоплеч, с объемистой грудью и большими руками. Он пятился от маленькой и худой словно тростинка девушки. Лизи была ему по грудь, и смотрела на него задрав голову, уперев худые руки в бока.

— Так я ж эта…вы же эта. Я ж не со зла. — Прогудел он пятясь от нее.

— Я тебя предупредила. — Она погрозила ему пальчиком. — Кассиан, ты вроде хорошо разбираешься в лошадях. Помоги Дарию подобрать, или мы точно до наступления темноты не успеем туда попасть, ночевать в такую погоду на улице я не собираюсь.

Кивнув ей, он окинул меня взглядом. И потом перевел взор на стоящих лошадей. В итоге мне достался пегий двухцветный мерин. В мире нет другого животного, способного выставить человека в таком смешном виде. Кошка может заставить вас выглядеть неуклюжим, собака — глупым, но только лошади дано добиться и того и другого одновременно. Лошадь то слегка ударит хвостом, то ненароком наступит тебе на ногу — и ты сразу понимаешь, что она сделала это намеренно. Бывают “наездники от Бога”, которые как бы составляют единое целое с лошадью, у них после первого же контакта с этим животным возникает с ним некая связь, и они сразу знают, что будут хорошо держаться в седле. А бывают “Я”. И так же добавьте сюда то, что лошади инстинктивно чувствуют Полночь и бояться ее.