— Отлично, пошли быстро посмотрим еще что-нибудь с чего стоит начать.

Я кинулся вдоль стеллажей, слушая панические крики, которые все нарастали. Маги уже не стесняясь дрались во всю. И постоянно что-то грохотало и трещало. Колокола уже смолкли, они были уже не нужны совершенно. Даже глухой и тупой бы понял, что происходит. Не знаю кто тут понаехал, но они очень успешно все разносили. Струны жизней рвались непрерывно, и это сильно действовало мне на нервы. Теперь коридоры замка напоминали пол скотобойни, усеянные ошметками тел слуг и защитников. Эпицентр словно смещался, приближаясь ко мне, как раз с той стороны, в какую я посоветовал не ходить старому мудаку. За стеной библиотеки уже отчетливо слышался топот бегающих людей, их крики. Кто-то спешил на помощь.

Прямо за стеной библиотеки послышался торопливый топот и захлебывающийся женский визг наполненный безграничным ужасом. И тут что-то снова бахнуло с шипением. Так что стена не выдержала рассыпаясь крупной кладкой и мелкой крошкой, что словно шрапнель ударила в разные стороны, в стене образовался проем. Через него я отчетливо видел стража в доспехах, что закрылся щитом стоя среди смятых и изорванных кусков тел. Он контужено потряхивал головой пытаясь прийти в себя.

— Госпожа, прошу! Спасайтесь, я их задержу.

Шшаах…тррррр.

В него с шипением ударила извилистая молния прямо через щит. Разр-р-рывая его на части. В него словно из танка попали. Отрывая ему руку с плечом и частью грудины. Словно он состоял из холодца. Его окровавленные ошметки фонтаном брызнули во все стороны. Тело стража обмякло, мочевой пузырь ослаб, на полированном каменном полу растекалась лужа мочи и крови, и то, что от него осталось, упало на колени навстречу своему верному концу.

В темный холл библиотеки с кряхтением открыв тяжелую дверь вбежала маленькая девочка в испачканном кровью светло-голубом платьице. На ее зареванном лице застыла маска ужаса. Из ее перекошенного от крика рта вырвался хриплый звук, потом еще один — так кричит тот, кто попал в западню и охвачен всепоглощающим паническим страхом. Так кричит тот, кто чувствует на своем горле ледяные пальцы смерти.

В воздухе пахло отчаянием и страхом, словно кровью на бойне.

— Так, нахер книги. Валим отсюда Полночь, или мы рискуем тут же и остаться.

Я тихо побежал вдоль стеллажей, в сторону выхода. Параллельно с девочкой. Она забилась в угол, выбежав прямо передо мной, возле дверей ведущих в парк. Хоть в библиотеке и стоят мрак, но резные арочные витражи возле потолка проливали немного лунного света. Ее заплаканные глаза были расширены, в них плескался страх, который заслонял ей и меня, и все окружающее.

Из-за охватившего ее страха она увидела меня слишком поздно, когда я вывалился на нее из тьмы библиотеки. Я крепко схватил девочку, наступив ей на ноги и туловищем прижимая ее к стене, прижав голову локтем. Она брыкалась и извивалась возле стены, как рыба на суше. Закрывая ей рот пока она пиналась и плевалась, чтобы она не начала кричать, и на ее крик не набежали те, кто упоенно режут ее слуг в коридорах замка. Ее ярость можно было понять, она думает, что я из тех людей, и хочу ее убить. Но по правде говоря, мне сейчас было не до ее уязвленных чувств. Я отвлекся отвернувшись, услышав слитный топот бегущих железных сапогов в коридоре. И зашипел от боли, когда она извернувшись впилась острыми зубками мне в руку, прокусив ее до крови.

Я другой рукой надавил ей на болевую точку возле уха, заставив ее разжать челюсть. Затем, закрепив по одному ремешку на запястьях и щиколотках девочки, я связал свою пленницу, как свинью на убой. Она задергалась и ударила лбом в подбородок. Я прикусил язык, выругался и крепко схватил ее. Она теребила кожаные ремни, перетянув себе кожу в попытках освободиться. Но при всей своей ярости она был всего лишь слабой избалованной девочкой, девятилетним ребенком.

— Отпусти ме…няффллгмм!

Возражения Летиции стихли, когда я заткнул ей рот еще одним ремешком, и просто держал ее пока у нее не иссякли силы. Ее приглушенные крики смолкли, и наконец она обмякла с тихим злобным всхлипом. Я связал девочку, взяв ее на руки и строго посмотрел ей в глаза.

— Я пытаюсь тебя спасти, если ты хочешь жить веди себя тихо. Нам придется плыть. И на твоем месте я бы не стал бы тратить драгоценный воздух на пустые крики.

Ее большие темные глаза, глядевшие на меня, сверкали ненавистью как вода на дне глубокого колодца. Но, похоже, ей хватило ума, чтобы прислушаться и в конце концов она сделала глубокий вдох, когда я притащил ее как связанного теленка к краю выступа над водоемом. Мне пришлось бросить почти все свои вещи, кроме того, что было на мне. И мешок, и арбалет за который я отвалил кучу золотых и мой верный меч.

Я прыгнул вниз, нырнув вместе с ней на руках и поплыл так быстро, как только мог. Крепко прижимая к себе девочку, я загребал воду свободной рукой и ногами. Старый хрыч не соврал, под площадкой действительно находилась большая труба. Вроде тех, из которых была создана канализация. И тут действительно не было решеток. Мы пересекли резервуары воды возле замка наместника, проплыв по огромным древним и темным сливным трубам, похоже защищенным от любого воздействия. Переводя дыхание жадно втягивая воздух в редких карманах и когда появлялась возможность. Одна радость, плыть было недалеко, замок стоял практически на прибрежной полосе.