И снова кончил почти сразу же. Ноги подкосились, он, хватая воздух ртом, прислонился к стене.

— Это... Нечто... — выдавил он из себя. — Я... Дай мне...

Эмма положила ему руки на плечи и, не отрывая взгляда, надавила, приказывая опуститься. Он утонул в её расширенных зрачках и подчинился. Пальчики оказалась сверху, медленно, плавно двигаясь то вперёд, то назад.

— Я не уверен, что...

— Тихо, — прервала она его. Эмма не улыбалась, смотрела очень-очень серьёзно. И когда Рэм понял, что снова готов к бою, то напарница с коротким вздохом наслаждения приняла его в себя. Медленно. От жара охватившего его Консворт не сдержал стона. Ладони Пальчиков упёрлись ему в грудь, а сама она запрокинула голову, продолжая двигаться. Он положил руки ей на бёдра, встречая каждое её движение.

Третий раз Рэм смог провести достойно. Медленные, размеренные движения постепенно сменились страстными скачками, и когда Пальчики застыла над ним, задрожав и плавно опустилась на грудь, то Консворт почувствовал себя победителем. Несколько секунд Эмма не шевелилась, но затем распрямилась и снова приподнялась на нём. Опустилась. Затем ещё раз.

Медленно. Красиво. Струи душа стекали по её лицу, капали с волос на лицо Рэма. Он не мог оторвать взгляда от тёмных глаз Пальчиков, а она всё двигалась и двигалась, и изнутри накатывалась ещё одна волна. Жаркая, щекочущая.

— Давай, — шепнула ему Эмма, склонилась ближе. — Давай же!

Когда он кончил в третий раз, то ударился головой о кафель.

Наверное, больше минуты единственным шумом в душевой был лишь звук воды да стук сердца. Пока Эмма не сказала:

— Думаю теперь ты будешь соображать получше? Или ещё раз?

— Это, вроде бы и обидно звучит, но я не обижен, — ответил он. Зуд в голове прошёл. Мысли потекли плавно. — Назовём сына Стоиком?

Эмма хмыкнула:

— Сначала разберёмся с Медикариумом, когда выяснится, что их стерилизация это пшик. Новость будет громкая.

Рэм усмехнулся, а затем напрягся. Торопливо выбрался из объятий Эммы.

— О, вижу, что это было не зря, — улыбнулась та. — Узнаю этот взгляд.

Точно. Громкая новость. Громкая новость! В том крушении, где погибла Аша Реддина, новости должны были просто визжать о том, что в катастрофе погиб ещё нерождённый ребёнок имперской династии. Пусть и непрямой наследник, но каждый чистый Халамер — это событие. Даже в те времена. Почему никто не сказал, что погибшая супруга члена императорской семьи была беременна?! Её останки идентифицировали, значит нашли что-то большее чем угли.

Он как был, так и плюхнулся на скрипучий стул. Влез в медицинские отчёты тех, кто погиб на том злосчастном летуне. Вывел на экран данные с обследования Аши Реддины. Глаза вцепились в колонки цифр.

Когда Эмма вышла из душа, то бросила ему полотенце. Он, не глядя, скомкал его левой рукой и, жадно читая, принялся вытираться.

У них даже группа крови была разная. У Аши Реддины и той, кто по мнению жреца Медикариума, был Ашей Реддиной на том корабле.

— Ой-ой-ой... — вырвалось у Рэма.

Пальчики одевалась. Расслабленно, неторопливо. Будто впереди были выходные где-нибудь на морском побережье, и они уже точно никуда не денутся потому и спешить некуда.

— Ой-ой-ой-ой! — повторил он.

— Я рада что твои мозги заработали, — сказала та. — Гатар слишком правильный. Он должен был купить тебе шлюху. Да ты и сам должен был давно уже себе найти кого-нибудь, раз руками работать не желаешь.

Рэма передёрнуло от отвращения.

— Ой. Ой .Ой. Ой, — сделал он ещё одну попытку.

— Ладно, поиграем. Что же ты нашёл? — издевательски удивлённым голосом спросила Эмма.

— Аша Реддина не погибла на том корабле. Жена Воннерута.

— Я знаю, что она его жена. И что?

— За два дня до этого она была беременна.

Пальчики подошла, склонилась рядом. От неё пахло чистотой и мылом. Однако наевшийся организм Рэма не связал это в желание секса. Лоден Всемогущий, как хорошо владеть своими мыслями. Как хорошо владеть собой.

— Ты уверен? — тихо спросила она.

— Смотри. Вот её обследование. За два дня. Солокер. А вот отчёт о её смерти, видишь? Делал целый клирик войны Оандис.

— Целый клирик войны? — удивилась Эмма.

— Событие нерядовое. Член императорской...

— Войны? — с нажимом повторила она. Рэм нахмурился. Действительно, почему войны? Такими вещами занимаются в школе Мира, а не Войны.

— Она была действующим офицером корпуса, — он принялся копаться в новых данных, полез смотреть кто такой этот Оандис. — Может быть, при гибели такого человека это обычное дело?