– Поверьте, я с удовольствием расскажу вам все, когда проверю вашу историю. Пока же просто наслаждайтесь обстановкой, – сказал Зайлен, проводив ее в номер после ужина. Он сводил ее в ресторан, где столик уже сам по себе был отдельной комнатой, полностью изолированной от других посетителей и набитой подушками с воздушной пеной, приятно облегавшими тело, а увлажнитель испускал сверху цветочные ароматы, разные для каждого подаваемого кушанья. Парад крохотных деликатесов продолжался так долго, что Силь стала недоумевать, когда же настанет черед главного блюда, но, когда принесли счет, она поняла, что тарелочки с едой и составляли весь ужин. Хорошо, что для нее это был уже второй.

Силь вздохнула и вновь обошла комнату по кругу; ходьба помогала сосредоточиться. Она сглупила, доверилась совершенно незнакомому человеку, пускай у того и было немерено кредитов. Не таким ли манером попадали в рабство к зайгеррианцам? К тому же несмотря на всю внешнюю доброту было в этом Зайлене Грэфе что-то подозрительное. Силь то и дело спрашивала себя, в чем же подвох. В конце концов, богачи становились богачами не просто так, и дело обычно было не в кристальной честности.

Но коммуникатор в номере позволил ей отправить сообщение для Нито, причем бесплатно, а кроме того, она была вольна уходить и приходить когда вздумается. Силь решила: что бы там ни затеял Зайлен, продавать ее в рабство он не собирался.

Поэтому оставалось лишь гадать, что же именно он тогда затеял. И девушку снова обуяло любопытство. Плюс, следовало признать, завтрак был все-таки очень и очень недурен.

Нарезая одиннадцатый круг, Силь заметила собственное отражение в зеркале, занимавшем стену напротив спального пространства. Утром, когда она проснулась, эта стена была не зеркалом, а окном. Поворот ручки – и панель стала прозрачной, явив взору головокружительную картину дневного потока машин. Силь глядела на проносившиеся мимо аэрокары ровно десять секунд, а потом снова скрыла окно. От мысли о том, сколько разумных существ толчется на этой планете, ей становилось дурно. Неудивительно, что республиканские чиновники вчера полностью проигнорировали ее мольбы о помощи. Какое им дело до горстки жителей пограничья, когда их окружает вот это все?

Этим занятым господам нигилы, должно быть, казались какой-то туманной и далекой проблемой.

Теперь из зеркала на нее таращилась Силь. Курчавые волосы спутались и разгладились с одной стороны после бессонной ночи. Черные глаза казались огромными на темно-коричневом лице, из-за чего вид у Силь был как у перепуганного ребенка. Не потому ли вчера никто из республиканских чиновников не отнесся к ней серьезно? Во что она превратилась.

Девушка сделала глубокий вдох и вяло попыталась взъерошить волосы, чтобы привести их в подобие порядка. Она не создана для этого! Сломанный компрессор, пираты, рискованный план полета – вот это ей по плечу. Но разбираться с правительственными чиновниками и обчищать сверхбогатых субчиков – все это совершенно выбивало ее из колеи.

– У вас учащенное сердцебиение, – сообщил отельный дроид, явившись через положенные четверть часа. – Я приглушу свет и включу успокаивающую музыку.

– Нет, все в порядке, – ответила Силь. Однако свет все равно померк, и комната наполнилась диссонансными звуками салукемайской арфы.

– Поскольку вы прибыли с фронтира, я выбрал музыку, популярную во Внешнем кольце. Если желаете чего-нибудь другого, пожалуйста, укажите.

– Я вообще не желаю никакой музыки, – заявила Силь, скрестив руки на груди. Бывают ли дроиды чересчур услужливыми? Этот точно был.

Раздался звонок, и Силь удивленно оглянулась вокруг. Отельный дроид же ничуть не смутился.

– К вам гость, – оповестил он, проходя мимо. Дроид был долговязой модели, с дополнительной парой рук и полированным серебристым телом. Шагая к двери, он развернул туловище, и одна из конечностей выпустила в воздух какой-то состав с цветочным ароматом. – Вы нервничаете. Этот состав предназначен для успокоения встревоженных людей.

– Эм… спасибо, – сказала Силь. Она начинала скучать по ночлежке в неблагополучном районе. Там никому не было дела до ее настроения, а докучали разве что огромные насекомые, которые грызли стены изнутри. За время своего недолгого постоя Силь так ни одно из них и не увидела; когда накануне ночью она вошла в комнату замызганного отеля, чтобы забрать Бити и свой маленький мешок, звуки жевания сменились топотом бегущих ног, но, по крайней мере, с этими паразитами она знала, как управиться.

Дроид приблизился к двери, которая беззвучно отъехала в сторону.

– Гостья из этого номера еще не заказывала обед, – начал дроид. Но больше ничего сказать не успел: два бластерных разряда опрокинули механического слугу на пол, оставив обугленную дыру на месте процессорного блока.

Силь мельком заметила мон-каламари в обтрепанной униформе сотрудника отеля, после чего бросилась за ближайшее кресло. В воздухе просвистели еще два разряда, оставив подпалины на ковре в том месте, где она стояла мгновение назад.

– Эй, будь паинькой и не усложняй дело, – окликнул мон-каламари. Он говорил на общем с сильным акцентом, как многие жители фронтира, и Силь предположила, что он вовсе не с Корусанта. Тогда откуда, с Мон-Калы? Впрочем, какая разница. Этот тип явно намеревался ее застрелить.

Просто удивительно, какие мысли мелькают в голове, когда пытаешься не дать себя поджарить.

Скорчившись за креслом, девушка прикинула варианты. Повезло, что свет был приглушен, а мон-каламари явно не знал ни планировки номера, ни того факта, что одна стена была всего лишь зеркалом. Он осторожно пошел вперед, держа бластер наготове. Силь следила за его продвижением на отражающей поверхности напротив. Злоумышленник был темным силуэтом на фоне знакомых теней. Каждые несколько секунд дроид искрил, освещая полумрак, из-за чего все вокруг проступало резко и рельефно. Силь понимала, что надо побыстрее выработать какой-то план, пока этот тип не сообразил, что может видеть ее таким же манером.