В какой-то момент стол показался мне не самой лучшей лежанкой, да и вертолет уже начал кружить меня из стороны в сторону. Наконец, я просто сполз со скамьи на пол и устроился поудобнее. И только маленький червячок сомнения начал грызть меня одной простой мыслью, практически цитируя героев не столь старого, но не менее прекрасного фильма: «И ты просто так, выпив лишнего, решил поговорить о вещах из родного мира? А то, что это — дикое палево, не подумал? Пельменей, говоришь, захотел? Ну ты и м*дак…»

Я не успел даже до конца осознать эту мысль и какую херню сотворил и вырубился окончательно.

Солнце резало мои глаза даже сквозь закрытые веки. Боль в шее — просто адская, да еще и переходит в боль головную. А сушняк… Да в самой Сахаре больше влаги!

Да, никогда я так не накидывался. Хотя… Если в этот раз меня все-таки не тошнило — значит, не так сильно и накидался. Всегда может быть хуже.

Я открыл глаза и огляделся — мое не желающее двигаться тело, каждая мышца которого дико ныла, лежало на полу в моей комнате трактира. Кузнец, что ли, притащил? А какого я хрена тогда на полу?

Я продолжил щуриться от яркого света, падающего сквозь открытые ставни окна и вызывающего только раздражение, и посмотрел на кровать. На ней лежали, в обнимку, Мирия и Роза. Хы, тоже перебрали, что ли? Лучше бы в своих комнатах ночевали, а не занимали мою кровать.

Максимально тихо, насколько это было возможно в текущей ситуации, я поднялся с пола. На столе лежал верный кинжал в ножнах, который я сразу же приладил к своему поясу. Больше с меня ничего не сняли. Наверное, озаботились, не позволяя мне замерзнуть на холодном полу даже без одеяла. В свою сумку я закинул кошель с монетами и кристаллами, чтобы отдать на размен Кролику, да прихватил дневник с ручкой.

Выйдя из комнаты и беззвучно закрыв дверь, я наконец-то потянулся из стороны в сторону, тщетно пытаясь размять затекшие, больные от непривычной нагрузки мышцы. Закончилась эта разминка полным провалом — я потянулся руками к ногам и у меня защемило поясницу. Какое забытое, можно сказать, чувство, ведь с момента попадания в этот дивный новый мир мое здоровье только и делало, что крепчало изо дня в день.

Борясь с тошнотой, болью и держась за поясницу, я медленно спустился по лестнице. Размышления про свой прокол с пельменями, фаршем и прочими кулинарными радостями жителя двадцать первого века я решил оставить на потом. Желательно на никогда. Нет, эта тема вполне может всплыть, рано или поздно, но у меня всегда есть возможность свалить это на возвращающиеся воспоминания с другого континента.

— Что, совсем хреново? — с широкой, хитрой улыбкой поинтересовался трактирщик.

— Бывало и лучше, — буркнул я и посмотрел на него исподлобья. — Что же ты издеваться удумал над больным человеком, папаша?

— Больные люди в церковь идут лечиться, а не пьют, как не в себя, еще и подавая плохой пример чужим дочерям. Сейчас налью тебе воды с медом, авось полегчает.

— Кстати, я же как-то собирался наведаться в церковь, — я прям оживился от мысли, что похмелье можно так легко вылечить. — Она где, далеко?

— Около центрального рынка, где вы вчера с заданием носились, — Зен на секунду задумался, и, поставив на стол кружку с медовой водой, продолжил. — Чуть севернее. Высокое такое, с белыми башнями.

— Ну, почти по пути, все равно в ту сторону собирался. Спасибо! И, кстати, а чего это дамы в моей комнате заночевали? Хорошо хоть Илии с ними нет, а то, в таком случае, я точно бы задумался, а не бросить ли пить. Да и как я в трактире-то оказался?

— Да, вестимо, как. Вукол вас притащил. Вы с Розой соревновались, кто и кого перепьет, что ли? Да и Мирия с Вуколом, кстати, были в той еще кондиции. Кузнец-то до кузницы так и не дошел.

— В смысле не дошел? Он в порядке?

— Да спит в соседней с твоей комнате, благо пустая была.

— Ну ты, папаша, и мастак пугать. Я даже забеспокоился, не случилось ли с ним чего. Так, а девушки-то почему кровать мою заняли?

— Это ты лучше у них сам спроси, — Зен вновь завис. — Если, конечно, у тебя это получится.

— Нда, может лучше и не поднимать эту тему, в этом ты прав… — я допил свою кружку и поставил обратно на стойку. — Ладно, папаша, к вечеру постараюсь вернуться. Поброжу да прогулясь сегодня по городу, да денег потрачу.

— Ты уж хорошо по… — трактирщик настолько тихо пробубнил фразу себе под нос, что я не услышал окончание. Поброди? Погуляй?

В приподнятом настроении, но продолжая жмуриться, я вышел на улицу. Напиток слегка снял головную боль, но до конца мне лучше не стало.

По улице уже бродили толпы разномастного народа. Нет, все-таки есть плюсы попадания в этот несчастный фентези-мир — зверолюди. Многие из них просто одним своим видом радуют глаза. В основном, правда, те, в которых больше человеческой крови, а не прямоходящие животные. Вторые, конечно, тоже интересные экземпляры, но… заставляют меня ежится от их вида, что ли. Слишком неестественно выглядят.