Они ещё поездили по переулкам, Боксон объяснял, Альфонсо внимательно слушал.

Поставив "понтиак" на исходную позицию в переулке, Боксон скотчем прикрепил к переднему сиденью фото-таймер с большими красными цифрами.

– Как видишь, провода никуда не прицеплены, - объяснил он пуэрториканцу.
– Это просто таймер, но когда кто-нибудь заглянет в машину, он должен подумать, что это бомба с часовым механизмом.

– Все понятно, сеньор.

– Путь отхода запомнил?

– Да, сеньор.

– Вот твои две тысячи баксов, остальные три я завезу тебе домой после работы. Если работу не сделаешь - лучше умри сам. Запомни: никому ни слова - или умрешь медленно и страшно. Спросят, где взял деньги - скажешь, что вырвал сумочку на улице у какой-то девки. Все понял?

– Да, сеньор, - Альфонсо старался не выдавать своего волнения, но, похоже, до него только сейчас стало доходить, в какую передрягу он вляпался.

– Повторяю: никому ничего не рассказывай, иначе не проживешь и суток. Удачи тебе, Альфонсо Нуэрра!

Боксон спешным шагом прошел квартал, сел в заранее оставленный на парковке взятый напрокат белый "плимут", заехал во двор высокого дома, в машине надел куртку с надписью на спине "Антенная служба", вынул из багажника сумку с торчащими из неё алюминиевыми трубками, зашел в подъезд. Он поднялся на верхний этаж, достал из сумки инструменты, взломал слабенький замок у чердачной двери и выбрался на крышу.

На крыше расставил у барьера алюминиевые трубки; собрал винтовку. Позиция была прекрасной - улица простреливалась на пять кварталов.

Через двадцать минут увидел два серебристых "линкольна"; из переулка вслед за ними вывернул "понтиак" с Альфонсо, очень быстро догнал, начал обходить слева по средней линии, потом резко взял вправо и ударился в двери первого лимузина. От удара "линкольн" боком вынесло на тротуар, "понтиак" же развернуло и он встал поперек улицы; скрип тормозов и отчаянное гудение клаксонов долетели даже до Боксона.

Он вскинул винтовку и в оптический прицел увидел, как Альфонсо выскочил из "понтиака" и побежал именно в том направлении, которое было предписано.

Боксон чуть повел винтовкой влево, и перекрестье прицела остановилось на двери поврежденного "линкольна".

...Когда черный "понтиак" ударился в левый бок лимузина, Гарри Ло улыбнулся. Он давно ждал что-либо подобное - любые иллюзии после гибели Серджио Брунелли и Джулиано Джамбетта отсутствовали - следующим должен быть он. "Интересно, что они хотят сделать сейчас?" - подумал китаец.

Парни из охраны не решились стрелять посреди людной улицы вслед убегающему шоферу "понтиака", но двое побежали вслед за ним. Охрана из второго "линкольна" высыпала на дорогу и окружила машину с боссом.

– Господин Ло, в "понтиаке" часовая бомба!
– голос у телохранителя был испуганный, и по его лицу было видно, что парню хочется бежать от этого места со всех ног.

Гарри Ло открыл дверь "линкольна" и поставил ногу на тротуар. Телохранители сгрудились около двери, закрывая собой драгоценное тело.

...Когда-то давно, ещё в Иностранном Легионе, инструктор Иоганн Штюбинг, воспитанник гитлерюгенд и бывший снайпер фольксштурма говорил сержанту Боксону:

– Чарли, только отличный стрелок может двигать винтовку вслед за движущейся целью. Ты - просто хороший стрелок, поэтому не гонись за мишенью, а опереди её - пусть цель сама войдет в твой прицел...

...Он выждал, пока Гарри Ло выйдет из лимузина, сделает первый шаг к другому "линкольну". Его тело ещё не вошло в перекрестье прицела, когда Боксон начал стрелять.

Первым упал парень из охраны - пуля расколола ему череп, и в образовавшейся пустоте фигура китайского босса стала идеальной мишенью.

В магазине винтовки М-14 двадцать патронов, и Боксон раз за разом нажимал на спусковой крючок.

Труп Гарри Ло свалился на асфальт у дверей лимузина, - одна пуля попала в голову, ещё одна - в спину; несколько пуль достались заметавшимся вокруг босса телохранителям.

Боксон не считал, сколько сделал выстрелов. Просто остановился и, срывая куртку с надпись "Антенная служба", побежал к чердачной двери.

Торопливо спустился вниз, неспешно вышел из подъезда, сел в "плимут"; со стороны улицы донеслись звуки полицейской сирены; Боксон завел мотор, и дворами, по заранее проверенному маршруту выехал на другую оживленную улицу. По дороге снял парик, отклеил от лица пластырь, через три квартала остановил "плимут" около метро, спустился в подземку, проехал на поезде несколько перегонов. Здесь, у станции, его ждал зеленый "форд". Боксон направил "форд" на север, в сторону Бостона.