Шрифт:
– Где Робер?
– спросила девушка.
– Внизу, - Боксон протянул ей сигареты и зажигалку.
– Как тебя зовут?
– Марианна, - она закурила.
– Марианна - олицетворение Франции, а Франции следует подальше держаться от таких типов...
– Робер - мой друг!
– Ага, а после картины он бы разрезал тебя на продольные полоски. Это что, сейчас модно?
– Робер меня любит!
– Точно, в его глазах горело пламя страсти! Я заметил.
За окном замолкла приблизившаяся к дому сирена "скорой помощи".
– Быстро приехали, - констатировал Боксон.
– Руку ему сохранят, но ножом размахивать уже не будет. Ты есть хочешь?
– спросил он.
– Хочу.
– Тут недалеко есть приличное бистро. Тебе нравится бифштекс с жареной картошкой?
– Боксон оставил на столе визитную карточку.
– Крутая тачка!
– восхитилась Марианна, усаживаясь в "шевроле-корвет".
– Да, иногда мне удается посидеть за рулем хорошего автомобиля...
Они сидели в маленьком бистро, куда Боксон и Алиньяк заходили ещё в свои студенческие годы, - как и двадцать лет назад, было чисто, недорого и вкусно.
– Зачем вы носите собой сигареты, если сами не курите?
– спросила девушка.
– Иногда я курю - это во-первых. А во-вторых - помогает мне общаться с людьми, с тобой, например. Кстати, кофе здесь тоже неплох. Тебе заказать?
Завершив ужин, Боксон спросил:
– Куда тебя отвезти?
– Не знаю... Вообще-то мы с подругой снимаем квартиру возле Восточного вокзала. Но сегодня к ней должен прийти её друг...
– Тогда поедем в театр.
– В театр? В "Одеон"?
– Нет, в маленький театр "Юпитер", здесь недалеко, на Монпарнасе. Сегодня там какой-то мюзикл по одной из пьес Лопе де Вега.
3
Трещание телефона разбудило Боксона рано утром, за окном ещё темнели сумерки; Марианна не проснулась, предыдущий вечер слишком утомил её.
– Чарли, это ты?
– Алиньяк радостно кричал в трубку.
– Что случилось с моей картиной?
– Картина не выдержало порыва ревности, но руку, на сей шедевр поднявшуюся, я почти от тела оторвал. Не переживай, модель я для тебя сохранил.
– Марианна у тебя?
– Спит, у неё был очень трудный день...
– Как проснется, приезжайте ко мне!
– Готовь мольберт, к полудню будем. Как у тебя дела, маэстро?
– Дела идут. Через неделю выставка.
– Отлично, я дальше буду спать. Пока!
...Маэстро живописи, бородатый и длинноволосый, габаритами похожий на молотобойца, Жан-Луи Алиньяк на новом загрунтованном холсте уверенными движениями изображал возлежащую на подиуме малоприкрытую шотландским пледом Марианну, и одновременно рассказывал Боксону о событиях последнего года. В речах художника самым главным событием объявлялась предстоящая через неделю персональная выставка и последующий по её окончании переезд в новую студию на Монмартре.
– Представь себе, Чарли, - восторгался живописец, - оттуда видна Эйфелева башня!
– Вообще-то все твои коллеги окопались на Монмартре ещё с прошлого века...
– Ну не мог же я просто так распрощаться с видом на Люксембургский сад!
– Кстати, о Люксембургском саде!
– вспомнил Боксон.
– Вчера в "Юпитере" я видел Николь. У тебя есть её последний телефон?
– Николь? Какая Николь?
– Николь Таберне, актриса театра "Юпитер", твоя любовница.
– Чарли, это было так давно! Телефонный блокнот лежит в шкафу, посмотри сам. Между прочим, когда-то она была и твоей любовницей.
Боксон переписал цифры номера в записную книжку. Потом взял телефонный аппарат и начал набирать номер.
– Пригласите, пожалуйста, мистера Дугласа Бэнкса, - попросил Боксон, когда на другом конце провода подняли трубку, и продолжил: - Это Чарльз Боксон.
– Мистер Боксон, мне необходимо с вами встретиться, - ответил Бэнкс. Назначьте, пожалуйста, место и время.
– Лучше всего в американском посольстве, - предложил Боксон.
– Сожалею, но это исключено. По независящим от меня причинам.
– Тогда у главного входа в посольства. У меня голубой "корвет", запишите номер...
– Боксон продиктовал цифры.
– Как выйдете из посольства, то сразу поворачивайте направо. Я постараюсь припарковаться как можно ближе. Думаю, что через час я буду на месте. Вас устроит?
– Вполне. Встретимся через час.
...Помощник американского атташе по культуре мистер Дуглас Бэнкс имел типичную внешность американского клерка: рубашка, очки, бойскаутское детство.