— Что будем с зеркалом делать, Юр? — спросил я у Дьяченко. Впрочем, мог бы не спрашивать — раз уж выяснилось, что Юрка работает на Управу — значит, и зеркало придётся привезти к ним.

— Ну ты ж хочешь разобраться? — вопросом на вопрос ответил тот.

— Хочу, — машинально вздохнул я.

— Тогда сдаёмся, — развёл руками напарник. — Юрик, ты с нами?

— Как будто меня кто-то выпустит, — насупился колдун. — Что я, управовских не видел…

Точно. Теперь — вот сто процентов, именно его тогда из Кикино в Управу забрали… Узнать бы подробности так, чтобы не травмировать парня. А знает он явно много — судя по всему услышанному, Колтырин присутствовал на неких ключевых событиях прошлой осенью.

Впрочем, в случае работы на Управу у меня есть все шансы обратиться к первоисточнику. Если он, Каращук, захочет со мной говорить.

Только вот совершенно не хочется обращаться к Каращуку, не расставив самому все точки над «ё». А это можно сделать…

Это можно сделать только в церкви. В нормальной, действующей. Я вернулся к тому, с чего начал этим утром — следует признать, что попытка возврата другой дорогой была ошибкой. Нужно в Ладогу или в Крепость… до зарезу нужно!

Я повернулся на сиденье к Дьяченко, глянул глаза в глаза:

— Юр, давай напрямую, юлить не буду… Я предпочёл бы сначала заехать в церковь. Точнее, к хорошему священнику. Тогда у меня, возможно, будут аргументы в разговоре — не хочется, знаешь ли, стать жертвой эксперимента… как Волков.

Фамилию я добавил на лету, не задумываясь — изначально не планировал Волкова даже упоминать, но потом в голове сложилась цепочка: Дьяченко, Волков, подходы колдунов к Волкову либо к Управе, Колтырин как связующее звено, таинственное исчезновение Волкова…

Сто к одному, что Волков успел поработать на Управу. И Каращук гарантированно знает, куда он исчез — или как минимум всерьёз догадывается. Возможно, именно этим и Юрку держит на крючке.

Юрка долго молчал, не отрывая от меня взгляда. Я его прекрасно понимал — да, изначально долбанул по болевой точке, особенно при том, что именно Юрка втравил меня в эту поездку. Я не в обиде, но его сейчас явно колбасит, после такой аналогии. Видно, что он к своему бывшему напарнику всерьёз привязался и волнуется по-настоящему, без дураков.

— Поехали, — наконец просто сказал Дьяченко. — Не ахти какой крюк… Тёзка, ты с нами, или высадить тебя на блок-посту?

— Ещё чего, — фыркнул Колтырин. — Поехали уже вместе…

На посту у моста нас толком не проверяли — традиционно взглянули документы, и всё. Грузом даже не поинтересовались — как я понимаю, досмотр машин делается только в том случае, если из Вокзального или Гидростроя приходит ориентировка. Ну ладно, меньше вопросов… Так-то мы ещё в Колчино выяснили, что наша находка не «фонит», колдун-то проверял, хоть и не особо опытный. Вот в Вокзальный мы вряд ли легко въедем — но там уже будет другой разговор…

Дежурные, кстати, удивились, что мы едем не со стороны Гидростроя — от поста-то видно, с какой стороны вывернула машина. Дьяченко сказал, что были дела в северной промзоне — тоже полуправда, и, наверное, никого особо не заинтересовавшая.

Выехали на набережную, поглядывая по сторонам — на ту самую дорогу, по которой прибыли машины из Крепости, подбросившие меня в город. Я, конечно, сразу сообщил ребятам услышанное тогда от водителя, так что летяг не прозевали. В бывшем парке аттракционов их, правда, не было, твари дурные, но близко к блок-посту не полезут, но вот в первой же заброшенной деревеньке кидались дважды — сбиты были влёт. Дорога была, кстати, ненамного лучше, чем та, что через Князево и Виковщину, так что прекрасно понимаю желание деревенских «срезать угол». Если бы не оборотень… странный оборотень.

В следующей деревеньке летяги, словно в насмешку, расположились на осыпающейся колокольне заброшенной церквушки. Они не нечисть, так что даже будь церковь освящённой — небось и не поморщились бы. А эта, судя по состоянию, много лет была в лучшем случае клубом, а может — вообще складом. У нас-то — я мысленно вздохнул — она давно уже восстановлена и действует…

Доехали, в целом, без приключений. Правда, уже на развилке с дорогой на Князево, сильно заросшей кустарником, Колтырин, непрерывно «бдящий» ауры, встрепенулся:

— Странное что-то чувствую… Словно след колдовства. Слабый, почти неощутимый.

— Ты бы лучше там, напротив элеватора, так внимательно смотрел, — беззлобно пробурчал Дьяченко. — А то мы чуть не обделались…

— Ну, расслабился, — неуверенно сказал колдун. — Хотя, мне кажется, там люди в засаде специально ауры прятали. У Колледжа специальные накидки есть. Или просто хорошо укрытие выбрали. Ауру же не видно, когда человек целиком скрыт…

Тут он прав. Я никаким боком не колдун, но это и на инструктажах объясняли. Обнаружение движения и аур — ничуть не панацея… Просто хорошее подспорье, если в команде есть колдун, даже не сильно опытный — что отлично показала стычка с участием болотника.