— А если я погибну? — Лавира подняла огромные глаза на Начальника крыс.

— Тогда твоя семья получит приличное наследство и орден героя за тебя.

Лавира ещё немного подумала. Как вырваться из безвыходного тупика? Она попала в клещи. Принц ее не пощадит, но и Грозвит поступит с ней не лучше. Даже каторги ей не видать. Ее ждет смерть, магический расстрел, как всех предателей. Ее развеют в пыль. Или…

— Согласна, — тихо пробормотала она, снова пряча лицо. Мыслей Грозвита она не понимала, он скрывал их. Поэтому новый приказ был полной неожиданностью:

— Отлично! Покажи грудь.

— Что? — отшатнулась Лавира.

— Ну, что там у тебя есть? — за хмурым тоном пэр явно скрывал усмешку. — Я могу вызвать стражу, но лучше просто покажи. Не бойся, это проверка для задания. Надеюсь, ты не совсем плоская доска? Тебе сколько лет?

— Двадцать, — всхлипнула Лавира. Обреченно распахнула серую куртку, в которую куталась, подняла тёплую вязаную безрукавку вместе с тонкой сорочкой. Вздрогнула, как загнанный в угол зверек, когда Грозвит снова протянул руку в черной перчатке.

— Не так уж плохо! Лучше, чем я ожидал, хотя бы что-то чувствуется! — ехидно оценил начальник крыс. — Прикройся. Должно получиться, — размышлял он сам с собой, словно забыв про Лавиру, пока она судорожно стягивала на груди куртку. — Видишь ли, ты должна по легенде выглядеть, как юнец, похожий на оруженосца, но потом быстро преобразиться в хорошенькую барышню. С первой частью, надеюсь, ты справишься. А вот насчет второй были сомнения. Ну, ничего, во время подготовки, твои наставники позаботятся о том, чтобы все роли давались тебе одинаково хорошо. Вот договор, читай и подпиши.

Лавира, плохо соображая от шока, изучала бумаги, по которым она поступала на секретную службу и подчинялась лично куратору из круга пэров. Грозвит в это время вызвал конвой, приказал подать карету. Они едут в школу разведчиков. Воровку? Какую воровку? Ах, эту… Да, ее он заберет с собой. И — полная секретность. Здесь никого с ним не было!..

* * *

— Что за заморыша вы мне привезли, господин пэр? — Высокая грубая тётка в военном облачении сердито прервала учебный поединок. Отпустила троих противников заниматься самостоятельно, и, как была, с двумя саблями в руках, подошла к Грозвиту. — Нам здесь по вкусу мясцо пожестче! Ах, это ещё и не мальчишка! И что мне с ней делать?

— Аркана, вы лучший боевой тренер Пэйритории! Уверен, вы что-нибудь придумаете, чтобы научить ее драться на мечах, на саблях, на ножах и шпагах, и стрелять из всего, что может убить. Даю неделю.

— Пэр Грозвит, вы спятили или пошутили? — нахмурилась тётка с пучком седых волос на затылке и носом-крючком. Настоящая карга из сказок, которыми светлы пугают своих детишек! Ого, как она смело разговаривает с самим Начальником крыс! И, как Лавира сегодня узнала, он ещё и курирует разведывательные операции в стане врага, не только распределяет ресурсы для гражданских и для армии. Пэры в круге правительства стали сейчас военным штабом, им приходится заниматься всеми важными делами.

— Она эмпат, — невозмутимо ответил Грозвит, кивнув на Лавиру.

— Тогда может получиться, — признала пэйри Аркана. — Что ещё?

— Абсолютная секретность. Инструкции вечером, по закрытой связи. Пока возьмите ее на общее довольствие, отдельное распределение я оформлю, когда доложу кругу пэров. Первый шаг, чтобы она могла свободно драться с тремя-четырьмя вооруженными и средне подготовленными крепкими воинами.

Грозвит откланялся и унёс с собой копию договора. Пока они тряслись в тюремной карете и ехали сюда, каждый поставил подпись кровью на двух экземплярах. Новоявленный куратор из КРС привёл Лавиру в «школу», больше напоминающую закрытую крепость или монастырь. За высокой стеной во дворе звенело оружие, дрались парами и группами молодые воины. Пэр вызвал Аркану и бросил будущую шпионку с ней, растерянную, не знающую, что делать дальше.

— Ну что ж, проверим, на что ты годишься, — цепкие тёмные глазки Арканы просверлили Лавиру насквозь. — Эй, Фарух! Возьми дубину побольше да ступай к нам!

Юный великан с раскосыми глазами и таким же узлом чёрных волос, как у тренерши, смущенно подошел. Он был на две головы выше даже рослой Арканы, Лавира вообще дышала ему в пояс.

— Внучек мой, младшенький, — с гордостью сообщила Аркана. — Ему всего тринадцать, а глянь, какой вымахал! Да тебе другого противника пока рано давать. Фарух, малыш, ну-ка погоняй ее, как муху мухобойкой! Да не жалей! Если убьешь, значит, слабачка оказалась, так пэру и скажу.

Великан в кожаных доспехах только казался неповоротливым. С потрясающей легкостью махал он огромной дубиной, вертел ее, как спичку в толстых пальцах. На Лавиру со всех сторон одновременно посыпался град ударов. Но разум мальчишки был открыт, он простодушно нападал, рассчитывая только на свою силу и скорость, без военных хитростей. И очень удивлялся, как хилая девчонка уворачивается чуть ли не раньше, чем он замахивается дубиной? Она как будто знает каждый его шаг заранее!

Так оно и было. Когда она играла в шахматы с братом, Роберту обычно удавалось скрывать от нее свои ходы, если не увлекался и не забывал о защите разума. Фарух же явно был не знаком с силой эмпатии. Лавира не просто знала, куда он ударит, она словно сама стала великаном с дубиной. Чувствовала эхо напряжения в мышцах, когда он замахивался или прыгал. И зеркально повторяла манёвр. Естественно, Фарух не мог поймать собственную тень, она всё время ускользала!