10 янв. Вчера вечером смотрели с Ц.И. у нее по телевиденью «Гусарскую балладу». Без цвета фильм много теряет. И вообще все в нем (кроме лошадок и погонь с драками) после спектакля ЦТСА кажется жалковатым. Видели вчера фильм миллионы. Любопытно, окажет это влияние на сборы в ЦТСА или нет? Думаю, что не очень, а м.б. даже послужит рекламой. # Пьеса куда лучше фильма. # Рязанов мне сказал на премьере спектакля, что теперь он бы поставил ее в кино уже иначе. # (…) # Не помню, записал ли, что Сима Маркишь[9] женился на венгерке и уехал совсем в Венгрию. С его лингвистическими способностями ему теперь открыта дорога в весь мир. Человек он образованный, одаренный и умный. ##

11 янв. (…) # Говорят, что в провинции очень плохо с продуктами. Даже в Яро-славль все возят из Москвы. (…) # У винного отдела магазина «Комсомолец» на ул. Черняховского целый день толпа. Одни покупают, другие сдают посуду, третьи что-то ганашат. Невероятное пьянство. Володя Трифонов сейчас живет у Левы[10]. Он пьет. Наверно с ним по слабоволию пьет и Лева. # По правилу: свято место пусто не бывает, думаю о В. Надо тут остановиться. # Вчера «скоропостижно» умерла Н.А. Пешкова, вдова сына Горького и по слухам его любовница, а также любовница Ягоды, роковая женщина горьковского дома. Ее там называли «Тимошей». # (…) # В 4 часа звонок. Не открыл почему-то. Потом упала записка. Из нее узнал, что это была В. [последняя строчка «съезжает» вниз и 3 последние слова дописаны шариковой ручкой] ##

13 янв. (…) # (…) Машинистка вернула «Пастернака». После вставок получилось 175 страниц, т. е. более 7 листов[11].

15 янв. (…) # Днем явилась врачиха по вызову В. Это меня злит. Потом вахтерша принесла от нее яйца, хлеб и пр. И еще письмо. ##

17 янв. Сегодня утром звоню Юре [Трифонову] и иду к нему поговорить о повести «Ребров и Ляля». Решил сказать ему все, что думаю, откровенно[12]. У него сейчас большой литературный успех (…) и моя критика не должна бы травмировать. Он слушает меня внимательно, почти со всем соглашается, хотя немного и расстроен. Благодарит. # (…) # В. хорошая девка, но полная глупой активности, самолюбия, обид и пр. # Снегопад. # Придумал хороший рассказ о Леве Тооме и Ю. Мориц[13]. То есть это — основа: их отношения, его смерть, его стихи и пр. ##

18 янв. (…) # Мне кажется, что вчера я сделал доброе дело — если уговорил Юру основательно переделать повесть. Как будто — уговорил, если он не передумает. #

19 янв. (…) # Утром пришел № 1 «Звезды» с первой половиной романа В. Каверина «Перед зеркалом»[14]. Сразу начал читать и, пока не прочитал, не садился за машинку, не ел, не пил. По-моему, это очень хорошо. # Интересно, что сегодня думает Юра о моей критике его новой повести. Будь жива Нина[15], она была бы мной возмущена и сказала бы: — Он просто тебе завидует. — Или что-то в этом роде. # Я, конечно, третьего дня понимал, что рискую поставить на карту нашу дружбу: иногда дружба лопается из-за более мелких вещей, — но пошел на этот риск, потому что надеялся на себя (что сумею сказать как надо) и на него (он должен бы верить мне: столько переговорено о литературе)[16].

21 янв. (…) # Смутные слухи о разногласиях наверху. По одной, весьма туманной версии, тройка: Мазуров, Полянский и Шелепин[17] хотят свалить Бр[ежнева]. Из этих трех мы что-то слышали только о Полянском — друге Сафронова и Кочетова и тайном покровителе Швецова и «русситов»[18]. Шелепин видимо просто честолюбец-политикан. О Мазурове ничего неизвестно. Бр[ежнев] мало популярен, но уж лучше он… ##

25 янв. (…) # Ходит по рукам какой-то документ (около листа) — нечто вроде платформы русистов[19].

Каржавин[20] читал и рассказывал Е.А.К.[21]. По ее словам, это смесь правды и лжи, критики и националистической демагогии, что-то вроде великорусского фашизма. Если это все так, то вот уже две оппозиционные силы противостоят режиму: либералы-демократы типа академика Сахарова и русисты. Пожалуй, есть и третий оттенок: коммунисты-антисталинисты, апологеты ХХ и ХХII съездов. Это зародыш трех политических партий, оппозиционных правительству. Но пока только именно — зародыш. #

26 янв. Такое настроение, что могу сделать какую-нибудь глупость. (…) # Сегодня в «Сов. культуре» в хронике заметка о «Давным-давно». Пьеса названа «веселой музыкальной комедией». Нехай! # (…) # Днем поехал к Н.Я.М.[22]. Застал ее больной и лежащей в постели. Сердце. Ждет акций начальства, но храбрится. Привез ей апельсинов и коробку шеколадного[23] набора. Посидел часа два, увидел, что она устала, и ушел. В квартире хаос. Она беспрерывно курит, несмотря на запрет врачей. Все тот же Беломор, что и всю жизнь. Все бесконечно грустно — и она, и я, и разговор об Эмме[24], и все вокруг… # Н.Я. несколько раз задавала мне одни и те же вопросы, я отвечал, она спрашивала снова, забыв, что я ответил. Шаламов к ней не ходит с тех пор[25]. # Я тоже хорош! Забыл, что вчера в ЦДЛ вечер памяти И.Г. Эренбурга. Надо было пойти. # Вечером приезжает Лева. Поговорили о том и сем. В оценке Юриной повести «Ребров и Ляля» мы сошлись почти целиком. Он тоже сказал Юре все, правда, уже после меня[26]. Он снова сидит в «Нов. мире», временно. ##

27 янв. (…) # В «Лит. газете» напечатано открытое письмо к Солженицыну эстрадного певца Дина Рида (?)[27]. Конечно, эстрадники не обязаны разбираться в общественной жизни и истории, но А. Чаковский мог бы понимать, что подобное вы-ступление маловесно, мягко говоря. Дин Рид — третьесортный шансонье, мода на которого мимолетна. #

29 янв. (…) # Пришел по почте № 1 нового журнала «Человек и закон». Самое интересное в нем — подробное описание дела убийцы Ионесяна, так взволновавшее Москву[28]. Я как раз в эти дни приезжал из Ленинграда, жил в комнате Оттенов[29] и хорошо все это помню: общий испуг, слухи[30]. #