— Тук-тук, — Игорь вежливо постучал костяшкой указательного пальца по приоткрытой двери, прежде чем войти в помещение. — Анастасия Николаевна, вы что-то заработались сегодня, что вы там де…

Мужчина не договорил, так как женщина вздрогнула, явно не ожидая услышать его усталый голос у себя за спиной, и резко обернулась. Оказывается, всё это время она стояла перед большим лабораторным креслом, в котором сидела Олеся. Плечи девушки были обнажены, а голова наклонена вперед. В первое мгновение Игорь не понял что происходит, но потом рассмотрел, что «кожа» была аккуратно закатана на затылок, и в стерильном свете лабораторных светодиодных ламп тускло поблескивал оголенный металл условного черепа.

Игорь почувствовал уже более чем знакомый комок злости, мгновенно зародившийся в его теле и стремящийся выплеснуться наружу, но смог сдержаться, решив для начала разобраться в происходящем.

«Какого хрена она трогает мою Олеську?! — мысленно воскликнул он. — Я не разрешал! Может, хочет починить ей мимику лица? Тогда зачем затылок вскрыт?»

Инженер невольно напрягся, и видимо, это было очень сильно заметно. Во всяком случае Анастасия Николаевна мгновенно отшатнулась от девушки, быстро переводя взгляд с нее на свой рабочий терминал и на дверной проем над головой Игоря. Там висели большие плоские часы. Игорь понял, что она явно настолько увлеклась, что совсем забыла о времени. Было похоже на то, что она планировала успеть провернуть какое-то дело до того, как он вернется.

Это разозлило его еще больше, но он нашел в себе силы сдержаться.

— Анастасия Николаевна, — начал он максимально спокойным голосом, — что это всё значит? Кто вам разрешил трогать мою…

— Вещь, — быстро и даже немного вызывающе ответила женщина, словно решилась тоже броситься в атаку, чтобы ничего не объяснять.

— Пусть так, — Игорь медленно раскрыл дверь и остался стоять в дверном проеме.

Невзирая на всё происходящее, он помнил, что женщина просила его не таскать в лабораторию песок с обуви и вообще не заходить туда. Он, конечно же, выполнял эту просьбу. «И видимо зря…» — промелькнула мрачная мысль.

— Боже мой, Игорь, я просто хотела посмотреть разъем жесткого диска и порты подключения… — отмахнулась Анастасия и, явно не зная, куда деть свои руки со сжатыми в них проводками, быстро шмыгнула за свой рабочий терминал и склонилась над монитором.

— Можно было сначала спросить разрешения.

— А оно нужно? Разрешение? — уточнила женщина, не поднимая глаз.

Игорь понял, что тут явно происходило что-то, что ему видеть и знать не следовало. У него вдруг возникло желание пройти в лабораторию и отвесить ей пинка, но он продолжал сдерживать себя. И чтобы не поддаться импульсивному желанию, он прислонился плечом к дверному проему.

— Олеся, ты как здесь оказалась?

— Привет, милый, — прозвучал ответ. — Настя позвала меня, сказала, что ей нужна моя помощь. И так как это никак не связало с интимными услугами, я согласилась…

Игорь видел, как женщина брезгливо фыркнула, услышав обращение «милый». Она всегда так делала. Иногда почти незаметно, а иногда более чем открыто, как сейчас.

— Понятно, — хмыкнул он. — Ну и как, посмотрели разъемы?

— Да…

— И зачем это было нужно?

— Проверяла кое-что…

— А конкретнее?

— Боже мой, ничего функционированию твоей куклы не угрожает, успокойся. Сейчас всё верну, как было, не переживай. Там разъемы диска открываются через затылочный шов, я даже покрытие не повредила, оно так и должно откидываться.

— Я знаю.

Игорь продолжил пристально смотреть на Анастасию.

Она явно нервничала, но не так сильно, если бы действительно хотела как-то навредить Олесе. Но и правду не говорила.

«Как же это начинает раздражать… — рассуждал он. — Почему всё время какие-то тайны, секреты? Какая-то мелкая крысиная ложь. Мы остались вдвоем на этом шарике. Втроем. Возможно, втроем, если еще какие-нибудь засранцы не нарисуются…»

— Я не понимаю, почему это надо делать явно тайком, Анастасия Николаевна? Я не люблю, когда то, что мое, трогают без спроса.

Он поудобнее прислонился к дверному проему, и от этого движения дробовик, перекинутый через плечо, глухо ударился о косяк. Получилось это совершенно случайно, но женщина расценила это по-своему.

— И что, застрелишь меня теперь, как тех работяг?

Игорь ничего не понимал.

С момента, как он переступил порог «Топаза», еле стоя на больной ноге и борясь с головной болью, сразу началось что-то непонятное. С одной стороны — женщина явно была рада его прибытию и очень участливо оказывала помощь, но с другой стороны — словно отгораживалась от него каким-то невидимым барьером.

«Да, — подумал он, — хреновый характер, тяжело, должно быть, жить с таким».

— Анастасия Николаевна, что вы такое говорите? — спокойно ответил он. — Просто это же элементарная вежливость. Нормы приличия, если хотите. Не трогать чужое.

— Кто бы говорил, — женщина натянуто улыбнулась. — Кто стеллажи у входа поставил и инструмент там свой сложил? А кабинет Иван Данилыча в траходром переоборудовал?

— Подождите, что касается стеллажей, если мне память не изменяет, было сделано с вашего согласия. К тому же я максимально аргументированно объяснил, для чего я это делаю. И вы нашли мои доводы логичными. А про кабинет Ивана Данилыча, так его здесь больше нет. Он улетел. И опять же, я сначала спросил и объяснил, что расположение этого помещения очень удобное. Ну а про остальное, тут уж извините, это наше с Олесей дело.