Итак, совершенно особое место среди боспорских черепичных клейм занимает группа клейм, содержащих не собственные имена промышленников, а надпись . По своей численности она занимает первое место. Это значит, что на Боспоре было произведено значительное количество черепиц, снабженных клеймами вышеуказанного содержания.

В коллекции Керченского музея среди 570 клейм, принадлежащих боспорским черепицам, оказалось 128 экземпляров, относящихся к интересующей нас в данном случае группе, что составляет 22,4 %. Общий подсчет, с включением клейм, находящихся в Эрмитаже и ГМИИ, дает 21,6 % клейм , следовательно, больше 1/5 всей клейменой продукции черепичного производства Боспора относится к особой категории, отличающейся от остальной массы специфическим характером клейм. Клеймение всей этой группы черепиц произведено не одним штампом, а многими. При внимательном рассмотрении этих клейм замечается, что они отличаются и размерами, и характером выполнения букв: на некоторых клеймах буквы более толстые, на других шрифт более тонкий. Некоторые клейма по форме очень близки к четырехугольному прямоугольнику, другие же имеют округленные углы. Это особенно хорошо видно в клеймах, на которых отчетливо заметны отпечатки дерева, из которого был сделан штамп. Они же имеют еще и ту особенность, что начальная буква В и последняя Н сливаются с краем клейма, буквы как бы срезаны, между тем как другие подобные клейма имеют довольно большие промежутки между краем штампа и надписью клейма. Это разнообразие штампов, которыми клеймились черепицы, составляющие столь многочисленную группу, подчеркивает особенно массовый характер производства данного рода черепиц, что требовало большого количества штампов.

Что касается формы букв, то наибольшее, количество клейм, примерно 3/4 , стилистически совершенно однородно, и характерным признаком этой самой многочисленной группы [413] является форма сигмы с равномерно расходящимися верхней и нижней линией (рис. 76б); кроме того, имеется несколько клейм, в которых верхняя и нижняя черты сигмы горизонтальны, хотя остальные буквы, однако, ничем существенным не отличаются от клейм с сигмой первого вида.

Наконец, должна быть упомянута группа клейм с лунарной сигмой (рис. 76в); эти клейма [414] имеют еще и ряд других отличительных признаков в форме букв: А и имеют вогнутые линии, поперечная черта у альфы дугообразная, а на некоторых экземплярах с переломом.

Кроме этого, обычного для боспорских черепиц типа клейм без всяких эмблем, имеются клейма , у которых под надписью расположены две эмблемы: изображение трезубца и дельфина (рис. 76г). По этому поводу В.В. Шкорпил писал, что «те же изображения трезубца и дельфинов, которые виднеются на статере Игиэнонта под Афиной, имеются и на статерах Перисада и на боспорской черепице с надписью , изданное нами в ИАК, в. 11, стр. 154, № 694 в. Весьма правдоподобно, что эта эмблема была именным знаком Спартокидов» [415] .

Кроме клейм , имеются аналогичные же клейма, но в другом грамматическом варианте, то же слово выражено в иной родовой форме: [416] . Эти клейма всегда меньших размеров, чем клейма женского рода, причем на одном экземпляре такого клейма надпись изображена с неправильным обратным расположением букв, чего ни на одном клейме в форме не встречено. У Е.М. Придика, в его материалах к III тому IosPE имеется скопированное такое же клеймо с аналогичным расположением букв, причем сигма имеет лунарную форму. Это единственный пример клейма , имеющего лунарную сигму. Все клейма , которые прошли через наши руки, имели сигму из четырех линий . Интересно, однако, еще и то обстоятельство, что упомянутое клеймо Е.М. Придик видел в Херсонесе (sic!). Это, кажется, единственный пример, когда боспорское черепичное клеймо встретилось далеко за пределами Боспора. К сожалению, никаких данных об условиях находки этого клейма в Херсонесе в записях Е.М. Придика нет [417] .

Нужно сказать, что, несмотря на многочисленность черепиц с клеймами и , происходящих в основном из Керчи, условия, при которых они были, находимы, для большинства из них неизвестны. Известно несколько случаев находок черепиц с этими клеймами в качестве строительного материала для гробниц. Ряд клейм был найден при раскопках в Керчи в последние годы. Эти данные особенно важны, так как при наличии точной фиксации условий находок они могут способствовать решению вопроса датировки данных клейм.

Заметим, что, хотя о существовании боспорских клейм было известно по ряду упоминаний в различных изданиях, они до сих пор оставались совершенно не изученными, исторически не осмысленными и не датированными. Между тем они несомненно представляют большой интерес в плане изучения материального производства Боспора.

Должно быть сразу же отмечено, что клейма , в таком обилии встречающиеся на Боспоре, имеют поразительную аналогию в Малой Азии. При раскопках Пергама найдено немалое количество черепиц, вернее — фрагментов черепиц, с клеймами . Они опубликованы C. Schuchharat’ом в издании надписей на глиняных изделиях, найденных в Пергаме [418] .

Стало быть, в двух крупных центрах античного мира: с одной стороны — в Пергаме, с другой — на Боспоре — известны совершенно сходные по своему содержанию керамические клейма. В связи с этим обстоятельством у некоторых исследователей возникла мысль, что указанное сходство пергамских и боспорских черепичных клейм является результатом торгового распространения черепиц, изготовлявшихся в одном из этих центров. Четко выражено такое мнение Б.Н. Граковым. Последний в своей диссертации об астиномных клеймах полемизирует с Е.М. Придиком, который в качестве довода об ольвийском происхождении клейм, определяемых Б.Н. Граковым как синопские, выставлял тот факт, что эти клейма чрезвычайно часто встречаются на черепицах в Ольвии. Транспортировка же такого громоздкого товара, как черепицы, издалека морским путем представляется Е.М. Придику мало вероятной, и он склонен был считать их продуктом местного ольвийского производства [419] . Против этих соображений Е.М. Придика Б.Н. Граков приводит известную выдержку из делосской надписи 279 г., в которой между прочим упоминается закупка черепиц на острове Сиросе для ремонта «туфового» храма, при этом специально оговорена оплата провоза, разумеется, морским путем с Сироса на Делос, а затем уже сухопутная доставка от берега к храму [420] . Этот документ неоспоримо свидетельствует о том, что черепицы являлись товаром, который транспортировался морским путем торговыми судами, и в этом отношении аргументация Б.Н. Гракова безусловно попадает в цель. Но затем Б.Н. Граков выдвигает против Е.М. Придика еще одно — довольно неожиданное — доказательство.

«Это же обстоятельство (т. е. транспортировка черепиц в целях их торгового сбыта в отдаленные от места их производства пункты) подтверждается, — пишет Б.Н. Граков, — находками черепиц с надписью в Пергаме и южной России» [421] . По мнению Б.Н. Гракова, стало быть, клейма , находимые на Боспоре, и аналогичные клейма, встречающиеся в Пергаме, происходят из одного производственного центра.

Мы должны, однако, со всей решительностью заявить, что для подобного рода предположений нет никаких реальных оснований. Сделаем для этого детальное сравнение пергамских и боспорских черепиц, имеющих одинаковые по содержанию клейма. Что между ними несомненно общего — это смысловое содержание надписей. В обоих случаях клейма содержат совершенно идентичное слово . Но наряду с этим имеются весьма существенные различия, на которые необходимо обратить внимание.