—Это не тебе решать, - врывается папа, и резко поворачивается к нам. — Слушай сюда, щенок, оставь мою дочь в покое. Ты уже немало бед принёс нашей семье. 

С каждым словом он приближался к Артёму все ближе. Кажется, ещё немного, и он его ударит. Я совершенно не понимаю, что тут происходит. Точно знаю, что если не вмешаюсь, то ничем хорошим это не кончится. 

—Прекратите, - громко прошу их, за секунду до того, как папа схватил Соколовского за ворот рубашки. —Пожалуйста, прекратите. Вы ведёте себя, как… 

Договорить не успеваю. Сильная боль пронзает голову, а в глазах резко темнеет. Зажмуриваюсь, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Меня начинает шатать в разные стороны. 

А затем все вокруг исчезает... 

Открываю глаза и первым делом вижу лицо склонившегося надо мной Артема. Он очень встревожен. На лбу образовались несколько хмурых линий, а глаза внимательно меня разглядывают.

—Как ты?
– тихо спрашивает, помогая мне приподняться и сесть. 

Осматриваю комнату и понимаю, что мы одни. 

—Где мама с папой? 

—Они уехали. 

Вот так просто взяли и уехали? В голове туман. Я пытаюсь понять, что же на самом деле произошло. Из-за чего начались все эти разборки.

—Как давно? 

—Минут пять назад. 

—А сколько я пробыла без сознания? 

—Минут пятнадцать. 

И что успело произойти за это время. Ещё раз внимательно осмотрела лицо Артема. Свежих ссадин нет. Мне почему-то казалось, что они с отцом обязательно подерутся.

—Почему они уехали? 

—Я попросил. Вечером они вернутся. Приедут к нам на ужин. 

—Артем, что произошло? Почему папа так тебя не любит? 

Он отвёл взгляд в сторону. Нервно провел рукой по волосам. А затем и вовсе встал. Прошёлся по комнате и вернулся обратно.

На душе стало как-то неприятно. Соколовский нервничает, и это лишь доказывает, что он был со мной не до конца честен. Есть что-то такое, что он от меня скрывает.

Но это не может быть чем-то серьёзным. Правда же? Интуиция не могла меня подвести, да и сердце подсказывает, что он мне не чужой. Каждый раз, когда он ко мне приближается, я ощущаю капельку счастья. Его голос готова слушать бесконечно, а от улыбки забываю обо всем остальном.

А когда он меня поцеловал... 

Мне показалось, что я умерла и попала в рай. Его сильные руки так крепко держали в своих объятиях, а губы собственнически атаковали мой рот. Мне было хорошо. Даже при одном воспоминании об этом, сердце начинает биться сильнее. 

Разве я могла бы так реагировать на чужого мне человека? 

—Я тебя обманул, - родной голос вырвал меня из раздумий.

На секунду наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах раскаяние. Мне стало не по себе. В горле образовался какой-то ком, что мешал говорить. Я продолжала смотреть на мужчину, ожидая продолжения. 

— Мы сильно поссорились, и ты собрала вещи и ушла от меня. В тот вечер, когда мы попали в аварию, я хотел разобраться во всем. Заставил тебя сесть со мной в машину. Это я виноват в том, что ты чуть не погибла.
– - Артем взял мою руку в свою, и прижал к губам. —Я до ужаса боялся тебя потерять, да и сейчас боюсь. Кареглазка, я очень тебя люблю. 

Я и не заметила, как по моим щекам потекли слезы, пока они не стали капать на наши сплетённые руки. Подумаешь, поссорились. Все пары ссорятся. Ведь так?

—Почему я ушла? В чем была причина нашей ссоры?

Я видела, как напряглась его спина, прежде чем он мне ответил. И если бы он мне солгал, я почувствовала.

—Ты подумала, что я тебе изменил. 

—Оо.. 

Такого я точно не ожидала... 

Минут пять, наверно, мы просто молчали. Я переваривал информацию, что так внезапно свалилась на мою голову, а Артем просто ждал.

—Это правда?
– немного осипшим голосом спросила я. Ком в горле не давал возможности говорить спокойно. Меня немного потряхивало. А ещё мне было страшно услышать ответ.

Я не помню этого мужчину. Не помню, что было до того момента, как я очнулась в больничной палате. Абсолютно ничего. До этой минуты я ему верила. Когда Соколовский сказал, что он мой мужчина, мне показалось, что я попала в сказку. Такого просто не может быть.