— Но теперь я за тебя!

Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну.

— Как мне тете Марине в глаза смотреть!

Макс издает протяжный рык, ударяя ладонями по рулю.

— А зачем тебе вообще ей в глаза смотреть? Тетке твоей глубоко пофиг, раз привела в дом мужика, который тебя чуть не убил.

— Ты ничего не понимаешь — ору на него. — У меня кроме нее никого не осталось.

— Все, проехали — рявкает в ответ.

Больше мы не разговариваем. По пути я пару раз окликаю его, но Макс включает полный игнор.

Квартира у него находится рядом с выездом из города в новом спальном районе. По ночной дороге добираемся достаточно быстро, но я даже не представляю сколько придется проторчать в пробках по утрам.

Паркуемся возле пятиэтажного дома с внутренним двором и сквозными подъездами. Здесь чисто и красиво, а еще очень тихо. И воздух какой-то свежий, не загаженный выхлопами.

Макс открывает дверь в квартиру, заходит и включает свет. Переступаю порог и растерянно оглядываюсь. Небольшая прихожая со встроенным шкафом, плавно перетекающая в гостиную, разделенную со спальной зоной широким стеллажом. Рядом закрытая дверь, должно быть, в санузел. Кругом лежат его вещи, прямо, как в комнате, где я однажды побывала. Здесь такой же творческий беспорядок.

Кетлер молча принимает мою куртку и вешает на свободную вешалку в гардеробной, а затем все также не проронив ни слова уходит в кухонную зону. Достает капсулы для кофемашины и запускает в специальное отверстие.

— Где ванная? — спрашиваю, чтобы хоть одно слово от него услышать.

— Перед тобой — бурчит под нос, даже не взглянув в мою сторону.

Закрываю за собой дверь в санузел и сажусь на край ванны, включив кран с водой. Я так зла на него! Решаю, что ничего уже не хочу и возвращаюсь в гостиную.

Макс сидит на высоком барном стуле и пьет из кружки кофе. Рядом стоит еще одна, видимо, для меня. Заприметив мое появление, он отрывает взгляд от экрана телефона и сосредоточенно меня рассматривает, отпивая горячий напиток.

— Это тебе — кивает на кружку рядом.

— Знаешь — переминаюсь с ноги на ногу. — Зря все это.

— Что зря?

Обессилено рычу.

— Да, блин, все это! — обвожу взглядом комнату. — Ничего у нас не получится. Мы даже не понимаем друг друга!

Макс ту же резко встает со стула, а я пячусь к двери. Забираю из шкафа куртку, и просовываю руки в рукава, но Кетлер тут же срывает ее с меня.

— Ты сейчас прикалываешься? — угрожающе ухмыляется, нависнув надо мной, как скала.

— Нет, Макс, отдай куртку — я пытаюсь ухватиться за ткань, но Кетлер тут же задирает руку вверх и отводит чуть в сторону, чтобы я не достала.

— Ты дурак? Отдай! — кричу на него.

— Рит, подожди — надвигается ближе, остудив пыл. Видно, дошло, что я серьезно.

— Нет, отдай, я не хочу быть с тобой!

Вижу, как раздуваются ноздри, как дергается кадык. Макс швыряет мне в лицо куртку и отходит на пару шагов.

— Да, и вали! Достала!

Тут же хватаю куртку, ныряю в кроссовки и дергаю на себя дверь. Она не поддается. Макс склоняется рядом, щелкнув замком. Меня окутывает его ароматом, а слезы давят на горло. Не хочу даже смотреть, чтобы не прошибло.

Какая дура, боже мой! Я же не хочу от него уходить! Ничего без него не хочу!

Но я открываю дверь и ступаю за порог.

Макс мгновенно дергает меня за плечи и прижимает, сцепив руки на моей груди.

— Вот дурная, не пущу никуда — шепчет в висок и тут же целует. — Прости.

Разворачиваюсь в кольце его рук и обнимаю за шею, уткнувшись носом в район ключиц.

— Ты тоже прости — шепчу в ответ, всхлипывая.

Макс берет мое лицо в ладони и целует. Сначала нежно. Потом мы заводимся. Не отрываясь друг от друга Макс пятится назад, удерживая меня, и прислоняет спиной к дверце шкафа. На миг отрываемся, чтобы отдышаться.

— Сбежать хотела — его хриплый голос оседает в легких. Взгляд совсем мужской, дикий. Руки Макса перемещаются сначала на плечи, потом скользят по предплечьям и оказываются на моих бедрах. — Даже не думай.

Сама тянусь к нему. Такой мой! Целую, шаря по плечам, по волосам.

Макс перемещает нас по комнате, а потом подхватывает меня и усаживает на барную стойку.

Я замираю и отрываюсь от него. Мы дышим, как сумасшедшие, как триатлонисты.

Мое лицо на уровне его глаз. Замечаю, как у Макса расширяются зрачки, как он сглатывает, а затем тянется к моим губам. Одну руку кладу ему на щеку, а другую на затылок. Макс протяжно стонет в мои губы и, вот его руки уже под моей толстовкой обжигают кожу, вызывая покалывания внизу живота.