Ева обернулась. Седовласый старик маленького роста смотрел на неё глазами, в которых горел странный огонь. Неудивительно, что его считали сумасшедшим.

— Я сам видел их! — он схватил Еву за руку, так как почувствовал в ней отклик. — Их не надо бояться. Они не причиняют вреда людям... Только им — белой смерти с горящими глазами.

У Евы даже мурашки по спине побежали. Она осторожно высвободила свою руку. Интересно, знают ли парни, что старик их видел?

— Ты веришь мне! Я вижу, веришь! — как безумный завопил он. — У них много звериных обличий!

— Да, да, верит. Но нам пора, — Алиса взяла Еву за руку и потащила за собой.

— Пожалуй, мне пора домой, — сказала Ева.

У неё и без того душа изнывала от тоски, и каждое напоминание о Тае только всё усугубляло. Раньше, когда она слышала в лесу волчий вой, у неё мурашки по спине бегали. Теперь же, наоборот, от него теплело на душе. Ей хотелось верить, что этот вой принадлежит кому-то из её знакомых. И пусть она больше не видела их, так они всё же казались ближе.

На улице сияло солнце, а у неё было лишь одно желание — спрятаться от всего мира. Вернувшись домой, Ева забралась под одеяло, свернулась калачиком и забылась в глубоком сне. Она всегда так поступала, когда у неё было тяжело на душе. Это был своего рода способ борьбы с тоской.

Но сегодня ей не удалось успокоиться. Как только она закрыла глаза, она вновь оказалась в лесу. Вокруг бушевала буря. Чёрное небо низвергало бесконечные потоки воды, время от времени озаряясь вспышками молний, сопровождающимися раскатами грома. Небо и земля слились в одну чёрно-серую массу. Ева уже знала, что должно произойти дальше, и была права. Среди деревьев замелькала белая тень, и вскоре перед ней появилась уже знакомая девушка. Всё повторялось, как и в предыдущих снах, шаг за шагом, только антураж изменился. И вот, когда девушка была уже совсем близко, Ева вдруг поняла: он не придёт. Спасения нет. Незнакомка протянула к ней руку, и тонкие пальцы сомкнулись на её шее.

Ева закричала и открыла глаза. Тяжело дыша, она схватилась за горло. Сердце вырывалось из груди. Воздуха не хватало.

Она должна была увидеть Тая, попытаться всё исправить. Но что она ему скажет? Ведь она не собиралась оставлять Марка. Да, он лгал ей, но всё же она не могла перестать думать о нём, несмотря ни на что. Именно поэтому Тай и ушёл. И так было лучше для них обоих. Пора уже смириться. Ева добежала до дверей, но так и не переступила порога. Закрыв глаза, она обессилено опёрлась лбом о дверной косяк. Глаза обжигали слезы, и сегодня она позволила им пролиться.

Споры и требования прекратились. Эта затея не принесла результатов раньше, поэтому Ева сменила тактику нападения на выжидание. Она не отказывала Марку в свиданиях, но держала его на расстоянии. Ускользала от всех проявлений чувств. Разговоры только по делу, обед не с ним. Со стороны не было ни намёка на близкие отношения. Он замечал, как меняет цвет ореол, окружающий её. Он потемнел, как тогда, когда с ней рядом был хокку, и будто щит скрывал её эмоции. Она практически не улыбалась, а если и улыбалась, то не ему. Марк постоянно пытался поймать её взгляд, но сталкивался с отстранённым и жёстким, будто он был одним из обычных сотрудников.

— Почему ты себя так странно ведёшь? — спросил Марк, когда в конце рабочего дня они вошли в лифт.

— Странно? — Ева сделала вид, что не понимает, о чём он.

— Всё было хорошо, но потом ты вновь закрылась от меня.

— Не легко быть открытой, не получая того же взамен, — она развернулась к нему так, чтобы их глаза встретились, и выжидающе на него посмотрела.

Двери лифта открылись, и Марк быстро вышел, чтобы ускользнуть от её пронзительного взгляда. Ева тяжело вздохнула и вышла следом. Сколько ещё придётся ждать? Стоило ей увидеть, как Марк прячет от неё глаза, и её тут же охватывал гнев. Порой в ней вновь просыпалось желание загнать его в угол, принудить сказать правду. Но она заставляла себя сдерживаться.

На ступеньках Марк сбавил шаг и дождался её.

— В понедельник предлагаю встретиться пораньше и вместе подготовиться к презентации. Она очень важна.

— Это я уже слышала, — безразлично ответила Ева.

— Хочешь, поужинаем сегодня в итальянском ресторане?

— Итальянский... Ты же знаешь, что все эти изыски скорее для тебя и твоей семьи. Я предпочитаю что-нибудь простое. Обычную отбивную или простой суп, а не Гаспачо. Кроме того, в ресторанах всегда такая помпезная обстановка, просто невозможно расслабиться.

— Тогда можем взять что-нибудь на вынос... — Марк вдруг замолк и резко остановился.

Ева проследила за его напряжённым взглядом и обомлела. Перед входом в здание, прислонившись спиной к своему старенькому форду, стоял Тай. У Евы подскочило сердце. Взрыв радости и тревога боролись в ней. Зачем он тут? Ведь в последнюю встречу он ясно дал понять: если она останется с Марком, то они не смогут больше дружить. Она чувствовала перед ним огромную вину за то, что ненароком позволила надеяться на возможность чего-то большего, чем дружба.