– Но слизни не относятся к числу таких «социальных» видов насекомых, – заметил Брэди. – Боже праведный, они вообще не относятся к насекомым. Они моллюски.

– Я знаю, знаю, – махнул рукой Фоли. – Но принцип разделения может быть тот же. Нет гнезда и нет королевы, но я все-таки думаю, что огромные слизни ведут себя как «управляющие» по отношению к меньшим тварям. И я готов спорить, что они используют канализацию как место для откладывания икры. Там для этого процесса есть абсолютно все необходимые им условия.

– Не могу этому поверить. Я видел их, я был внизу, я о них читал и все-таки не могу поверить, – сказал Брэди.

– Никто бы не смог в это поверить. Вы никому об этом не говорили?

Брэди рассказал ему о беседе с Филлипсом и о симптомах шистосоматоза у пациентов доктора Уорвика.

– Нам нельзя в это вовлекать полицию, – констатировал Брэди.

– Они уже вовлечены, – заметил Фоли, кивком указав на газету.

– Но они ничего не знают о слизнях и ни в коем случае не должны узнать о яде и о наших усилиях по уничтожению этих тварей.

Фоли горько рассмеялся:

– Знаете, впервые в своей жизни я задумался о смерти. Глупо, не правда ли?

Он посмотрел на Брэди, но тот ответил ему ничего не выражающим взглядом, и ученый продолжил свою мысль:

– После того, что я прочел в газете об этих троих. Какая, должно быть, ужасная смерть – умереть подобным образом! – Он с трудом проглотил вставший в горле комок.

– Будем надеяться, что никому из нас не придется узнать, как это страшно, – ответил Брэди.

Фоли наклонился и достал из нижнего ящика стола бутылку водки.

– С водой ведь покончено, – рассмеялся он.

Брэди тоже улыбнулся, наблюдая, как молодой человек наливает прозрачную жидкость в две рюмки и одну протягивает инспектору. Брэди тут же выпил, обжигающая жидкость приятно потекла в желудок.

– Так сколько у вас уже приготовлено этого яда? – спросил он.

– Достаточно, чтобы растворить в пяти галлонах жидкости. Наша единственная теперь проблема, как это доставить в городскую канализацию. Мы же не можем просто вылить яд в первый попавшийся сток.

– Вот в этом-то нам и может помочь Палмер, – ответил Брэди. – Где же его черт носит?

– Кому-то из нас придется залезть в канализационные трубы, – мрачно сказал Фоли.

Ничего не ответив, Брэди сделал еще глоток водки. Эта мысль уже приходила ему в голову.

Было уже половина седьмого, когда наконец приехал Дон Палмер. Он поставил свой белый фургончик между старым «фольксвагеном» Фоли и «воксхоллом» Брэди и поднялся по широким ступеням музея к главному входу.

За все годы, что он прожил в этом городе, Палмер ни разу не бывал в музее, и теперь он медленно шел по главной галерее, восхищаясь выставленными экспонатами и давая себе слово привести сюда своих детей в первое же свободное воскресенье. «Им очень здесь понравится», – подумал он. Маленький кокни поднялся на второй этаж. Звук его шагов эхом раздавался в пустых коридорах.

Услышав шаги, Брэди вышел ему навстречу.

– Что-нибудь случилось? – спросил Палмер с дружеской улыбкой.

Брэди схватил его за руку и повел к Фоли в лабораторию. Втроем они уселись вокруг стола, и Палмер с благодарностью принял от Фоли рюмку водки.

– Моя старушка думает, что я сижу где-то в баре и пью, – сказал он, одним глотком осушая рюмку. И только поставив ее на стол, Палмер увидел то, что осталось от слизня. – Что это, черт возьми, такое? – спросил он, посмотрев с удивлением сначала на Фоли, потом на Брэди.

– Это слизень.

– Перестань! Что я, не знаю, какими бывают слизни? Они маленькие, вот такого размера. – Он показал кончик своего указательного пальца.

– Ты последнее время читаешь газеты? – спросил Брэди, кладя перед ним последний выпуск местной газеты.

– Да, читаю, ужасно, прикончили троих, а за что? – Палмер покачал головой.

– Они были убиты слизнями, – ровным голосом произнес инспектор. – Все трое. И Рон Белл тоже.

– Я знал Рона, – сказал Палмер. – Но я не понимаю, о чем вы говорите. Убит слизнями. Извините, но это плохая шутка.

Брэди вздохнул и приступил к долгому и обстоятельному рассказу, подробно о каждом случае, о каждой смерти, о ядовитых следах, которые оставляют слизни, об ужасных созданиях в саду, о том, как одно из них пыталось его укусить, и о том, как он затыкал все краны у себя в доме.

Фоли, в свою очередь, рассказал, как слизни размножаются, двигаются и питаются. Палмер слушал внимательно, впитывая каждое слово, на лице у него было выражение ужаса, смешанное со смирением, как будто он уже покорился своей судьбе. По мере того, как ему перечисляли все, что случилось за последнее время, он заметно приуныл.