Дежурный был ошарашен, но ничего не сказал. Возразить правителю было невозможно. Очевидно, в его практике такое впервые.

— Приведите сюда мою жену и дочь.

— Да, конечно.

Все зашли в корабль. Немного нервничал, и во многом в этом был виноват взгляд Алексы. Я понимал, что вся её ненависть была направлена не на меня, но всё же было как-то неуютно. Отвёл её с маленькой девочкой в камеру, и теперь можно было расслабиться.

— Дамале, ничего не трогай пока.

Она послушно села рядом.

Я быстро разобрался, и только когда мы покинули пространство Малагана и вырвались в открытый космос, вздохнул с облегчением.

Алекса

Выходки Адамаска частенько пугали. Но в этот раз было не страшно, ведь Дамале с нами. Значит, ничего плохого не должно случиться. Я привыкла смиренно принимать его неадекватное поведение и не спорить с ним, поэтому, по сути, мне было всё равно, что будет дальше. Глупо переживать за то, на что ты не можешь повлиять. Мы поднялись в воздух, смена давления сделала своё дело, и Ада заснула. День был тяжёлым и непредсказуемым, я тоже сильно устала, устроилась рядом с девочкой и провалилась в сон.

Открыв глаза, увидела перед собой сидящего на полу Григориана. Сомкнула веки и сильно зажмурилась. Может, ко мне вернулась способность видеть сны? Открыла вновь глаза, всё было по-прежнему.

Сложно оторвать взгляд от лица, которое так давно не видела. Хотелось рассмотреть каждую деталь и сравнить со своими воспоминаниями. Строгое выражение и взгляд, который пронизывал до глубины души. От него сразу по телу пробежала стая мурашек.

Я села напротив, облокотилась о стену и часто моргала, всё ещё думая, что от этого видение пропадёт. Григориан молчал и тоже рассматривал меня.

— Привет. Как дела? — осторожно первым спросил он.

Я испуганно осмотрелась, рядом лежали девочки, они крепко спали. И сразу стало понятно, что всё происходит на самом деле.

— Что случилось? Где Адамаск? И как ты тут оказался?

— Не переживай. Скажу пока только одно, мы в полной безопасности. Скоро будем дома.

Ощущение нереальности происходящего меня не покидало.

— Ты веришь мне?

— Да, — сказала я неуверенно и растерянно. И скорее это «да» больше походило на «нет».

Григориан сокращал дистанцию между нами, и меня почему-то охватил панический ужас. Почему? Я не знала. Всё как-то быстро и неожиданно. А вдруг это какая-то уловка Адамаска? В голове проносилось миллион предположений, что могло быть не так. В подвох мне было поверить гораздо проще.

Григориан при ярком освещении камеры был чужим и далёким. Он словно красивая звезда в небе, о которой я думала, мечтала. Но подсознательно понимала, что это всего лишь фантазии, которым не суждено осуществиться. И вот, это случилось. А я не знаю, как быть… Ведь всё изменилось…

Когда он оказался очень близко, я не выдержала и инстинктивно отсела, делая вид, что мне нужно укрыть Аду. Григориан опустил взгляд и просто устроился рядом, не нарушая моего личного пространства.

— Мне больно оттого, что ты смотришь на меня, как на постороннего человека, и не веришь мне. Наверняка думаешь, что я не лучше Адамаска. Сделал опять по-своему…

Но я не жалею, что забрал тебя с этой проклятой планеты. Пусть даже в твоём сердце нет больше для меня места.

Сердце неприятно сжалось оттого, что он попал в самую точку. Да, в мечтах я всегда его идеализировала и представляла рядом с собой. Но восемь лет!.. Время сделало из него чужого для меня человека. И теперь, как это ужасно ни звучало, деспотичный Адамаск был мне даже ближе. Я вновь себя чувствовала пленницей. Теперь я переживала за своих девочек. Не взбредёт ли ему в голову от них избавиться? Слёзы лились из глаз.

— Алекса, тебе нечего бояться. Ты станешь жить в нашем доме, у тебя будет отдельная комната. Можешь заниматься чем угодно, просто будь рядом.

Я не могла сдержать рыданий. Сложно сказать, чего в них было больше: радости оттого, что весь кошмар закончился, разочарования оттого, что всё случилось и не оправдало ожиданий, или ещё чего-то. Сама не знала, что со мной сейчас происходит.

Григориан пошёл к выходу. У двери остановился и сказал:

— Алекса, я дверь закрою. Не думаю, что Дамале так быстро забудет про отца, поэтому лучше её передвижение по кораблю ограничить. Если что-то будет нужно, просто скажи в микрофон, — он указал на монитор на стене. — Я всегда на связи.

Я ему была безумно благодарна за то, что оставил наедине с собой. Весь мир вновь собирался перевернуться с ног на голову. И нужно было привести мысли в порядок.

Ада дёргала меня за рукав:

— Мама, вставай!

Я открыла глаза, дочка тёрла глазки и явно недоумевала, где находится.

— Мама, где мы?

— Хочешь кушать?

Девочка закивала. Тут проснулась и Дамале.

— А где папа?

Ещё лучше.

— Девочки, слишком много вопросов. Давайте завтракать! А потом я всё расскажу.