– Оно было внутри, – тяжело вздохнула она. – Оно меня грызло. Я чувствовала. Оно ело мою… душу. Я ощущаю раны. – Она посмотрела на долину. – Но оно медленное. Это я тоже чувствовала. Видела… образы. Глупость, но… Вам случалось находить труп, а потом трогать его и понимать, что осталась только… форма. А внутри ползают личинки.

– Не могу сказать, что у меня есть такой опыт. – Кронмир отвел взгляд.

– А мне приходилось. В лесах. Вот что оно хотело сделать со мной. Оно так питается. Превращает меня в раба. В мешок червей.

– Оно все еще в вас, Жизель?

– Откуда мне знать?

Кронмир оставил ее у костра и ушел к другим спутникам. Сэр Томазо готовил – во-первых, чтобы занять время. А во-вторых, все действительно проголодались.

– Нужно было ее убить, – сказал Кронмир.

– Что? – переспросил сэр Томазо, вскакивая на ноги.

– Нужно было ее убить.

Коричневый кивнул. Лупи потряс головой:

– Она герцогиня Веники! Ее нельзя просто так убить! Я доведу ее назад…

– Если Тьма овладела ею, – как можно мягче сказал Кронмир, – ее положение уничтожит северную Этруссию. Она станет центром… – Кронмир поискал нужное слово, – эпидемии. Она станет вредить и разрушать. Честно говоря, я даже не представляю, на что она способна. Вы готовы пожертвовать всеми, кого любите, сэр Томазо?

– Вы же ее спасли, – заметил коричневый. – Странный призыв.

– Я думаю, тебе следует отправиться в Верону вместе с сэром Томазо и рассказать магистру Петрарке все, что ты здесь видел. Все. И ждать приказов.

– Я послушаюсь, вы же знаете.

– Нужно что-то делать с патриархом Рума, – сказал Кронмир.

– Посмотрим, – обещал коричневый.

– Я надеюсь вернуться через пять дней. Я приведу Жизель. К этому моменту станет ясно, достойна ли она… доверия.

– Эта тварь пробралась в ее разум, – сказал коричневый.

Лупи вздрогнул.

– Если она найдет вас… – Коричневый приподнял бровь.

– Будем надеяться, что этого не случится. Тебя она в любом случае не достанет.

– Конечно. Во всем мире не хватит золота, чтобы заставить меня отправиться в Арле. Я это вам и даром скажу. А вы уходите. Когда потеряете герцогиню. Простите, – добавил он для Томазо.

Кронмир медленно кивнул.

– Простите, что вам приходится такое выслушивать.

Лупи покачал головой.

– Больше я ничего знать не хочу. Но я думаю, что, убив герцогиню, вы убьете и меня. Я этого прошу, потому что не переживу такого бесчестья. – Голос у него дрожал.

Кронмир посмотрел на звезды над головой, на тихую темную равнину под ногами.

– Нет. Я не стану убивать ни одного из вас. – Он поджал губы. Коричневый еле заметно покачал головой.

– Посмотрю, что можно сделать с патриархом. Кстати, если у вас что-то личное, могу убить женщину сам.

Лупи зажал уши руками. Кронмир мотнул головой.

– Непохоже на вас.

– Я знаю, что делаю, – отрезал Кронмир.

– Конечно-конечно. Собаку забрать?

Кронмир непонимающе посмотрел на коричневого.

– Не надо спасать собаку?

– Я об этом не думал.

– А, ну, значит, с вами все нормально. Но я ее заберу.

Утром Лупи и коричневый быстро двинулись на юг. Собака охотно побежала за ними.

Кронмир в компании молчаливой Жизель ехал на север. Вниз по склону, через мертвую деревню, по равнине. Встало жаркое желтое солнце, и их тени походили на черные провалы под ногами. К полудню лошади выдохлись.

Жизель не разговаривала. Кронмир продолжал идти по пути людей из деревни. Потом их следы слились с другими, потом еще с одними и, наконец, вышли на главную дорогу. Кронмир предполагал, что их опережают на тридцать или сорок часов.

– Они знают, что мы здесь, – сказала Жизель.

Кронмир покосился на нее.

– Мы едем прямо к ним, а они еще и посылают за нами разведчиков.

– Вы точно знаете? – осторожно спросил он. Весь день он держал оружие наготове.

– Нет. Но я догадываюсь, как они работают.

– Они?

Она пожала плечами, и ему стало легче. Это был обычный злой и удивленный жест женщины, привыкшей к тому, что мужчины не воспринимают ее всерьез – даже в тех делах, в которых она по-настоящему разбирается. Сложное движение со множеством подтекстов.

И как бы нежить его воспроизвела?

– Они. Не хочу пока это обсуждать. – Она немного помолчала. – Вы должны были меня убить.

– Да.

– Понимаю. Вы меня спасли.

– Да, – признался он. – Не знаю, что на меня нашло.

Она улыбнулась.

– Юмор. Интересно, – сказал он. – И сколько их?

– Имя им легион. Они похожи на хор. На… несколько хоров. – Она закрыла глаза.

– Интересно, – повторил Кронмир, внимательно глядя на нее.

Поздно вечером они увидели пыль на дороге. Кронмир отвел Жизель в лесок, а сам бросил на дорогу камешек, содержавший в себе заклинание магистра Петрарки, и, ударив по нему рукоятью кинжала, раздробил. Почти сразу перед ним выросла его точная копия.