Кронмир прикусил губу. Он терпеть не мог делиться информацией, но капитан сейчас отвечал за его жизнь и казался довольно надежным союзником. К тому же Кронмир уже был не шпионом, а официальным лицом. Почти что послом.

– Похоже на то.

– Господь и святой Марк! – выругался капитан. – Ладно. Моя жена твердит об этом уже три месяца, с тех пор как мы впервые услышали о волшебнике. Я посмотрю, что можно сделать. Нужно двигаться быстрее. Аткинс! Свистать всех наверх!

Через минуту полсотни злых сонных матросов уже настраивали паруса. Нос нырял вниз, и капитан раздраженно ворчал.

– Нос слишком высоко, корма слишком низко. Завтра передвинем груз. Переставим в нос что-нибудь потяжелее.

– Их можно обогнать? – спросил Кронмир.

– Нет. Точнее, да, но на длинной дистанции. На короткой чудовище схватит любой корабль. Но гнаться за нами целый день оно не сможет. Если они не поджидают нас прямо у выхода из гавани… вопрос сводится к геометрии, мастер.

Он начертил несколько линий, и Кронмир понял, что имеется в виду, хотя цифр на рисунке не было.

– Чем быстрее вы идете, тем меньше шанс, что они перехватят корабль. – Кронмира это неожиданно впечатлило.

– Теоретически. В прошлом году на суда напало больше чудовищ, чем за всю мою предыдущую жизнь. Они действуют вместе?

– Я не должен говорить об этом. – Кронмир смотрел на звезды.

– Или не можете. Что ж, я понимаю. – Он что-то тихо сказал Аткинсу и оставил альбанца у руля. – Моя вахта окончена. Рекомендую поспать. Если чудовища гонятся за нами, завтрашний день будет опаснее всего. И еще четыре дня, пока мы не доберемся до Иберии. Если Господь смилостивится, а ветер продержится, я думаю, что могу пообещать вам скорость и относительную безопасность.

Кронмир опустил голову на подушку и заснул так, как не спал уже полсотни дней. Его не мучили ни тошнота, ни тревога. Главным стал кто-то другой. С ним редко такое случалось.

Солнце вставало над пустым океаном, а маленький крутобокий кораблик бежал на восток, прямо в поднимающийся из-за горизонта красный диск. Небо из ярко-розового начало становиться желтым, когда впередсмотрящий крикнул, что видит что-то в море, по правому борту.

Кронмир проснулся от грохота барабанов над головой и криков сотни голосов. Перед сном он разделся – и теперь потратил драгоценное время, чтобы прицепить шоссы к дублету. Выскочил из каюты и, дождавшись кивка капитана, взбежал по правому трапу на ют.

– Трое. – Парменио указал рукой.

У Кронмира что-то перевернулось в животе.

– Глядите, струя.

Кронмир посмотрел из-под руки. Парменио велел Аткинсу вызвать на палубу погодного мага. Морской опыт Кронмира ограничивался юностью, проведенной на рыбацких лодках. Он перегнулся через борт, вглядываясь вперед.

– Вы уверены, что это не киты?

Парменио улыбнулся, но только губами.

– Не знаю. Но их трое, и они движутся в нашу сторону, постепенно ускоряясь. Сдается мне, что это морские чудовища.

– Погодный помощник, сэр! – доложил Аткинс.

Погодный маг оказался удивительно молод для столь важной должности, светловолос, тощ и мелок. Он был альбанцем – как и большинство герметистов. Казалось, что герметисты рождаются только в Альбе и в Ифрикуа. Принимать его всерьез было непросто.

– Ты можешь сотворить заклинание, чтобы ясно видеть на расстоянии? – спросил Парменио.

Мальчик – даже не юноша – посмотрел вперед и побледнел, если так можно сказать о человеке с совершенно белой кожей. Потом покраснел. Веснушки как будто засветились изнутри.

Он поднял правую руку и пропел несколько слогов. Воздух перед ним уплотнился и засветился. Парменио наклонился посмотреть, но мальчик отогнал его и сотворил второе заклинание, а потом третье, зрелищное. Диск из чистого света соединил два воздушных сгустка. Четвертое заклинание, совсем маленькое, как будто подарило жизнь артефакту. Тот тихо задвигался.

Парменио посмотрел сквозь него. Поднял голову.

– Посмотрите. Ради всего святого, парень, я тебе не зря плачу.

Мальчик снова залился краской, на этот раз от удовольствия.

– Так учат в академии. Я там не бывал, но все знаю по книжкам.

Кронмир наклонился к линзе и увидел во всех подробностях – мешала только легкая дрожь воздуха, как бывает от жары, – трех невинных китов, греющихся на солнце.

– Сколько это продержится? – спросил Парменио и отвернулся, не дожидаясь ответа. – Свободные от вахты могут отдыхать. Киты. Не ийаги.

– Пока я буду удерживать ее или немного больше. Я скорее ученый, господин капитан, – ответил мальчик.

Кронмир заглянул в линзу еще раз.