Ей снова повезло — за дальним столом она увидела мужчину в зеленой шляпе с желтым пером. Она выгнула спину и двинулась к нему, покачивая бедрами, с уверенностью, которой не чувствовала. Она вообще редко чувствовала себя уверенно без лука в руках. Он оказался старше, чем она ожидала: лет сорок или пятьдесят, волосы и борода побиты сединой. На вид жесткий, как железо, как Тайлер. Под ногтями у него было чисто, а меч выглядел очень хорошим.

— Любишь охотиться на оленей? — спросила она.

— Только в сезон, — и это был правильный ответ.

Колени у нее подогнулись от облегчения. Она мысленно поклялась, что больше никогда этого делать не будет.

— Ну и несет от тебя, — заметил он.

Она застыла. Она не знала, как ведут себя шлюхи. Надо сесть?

Он взглянул на нее.

— Не садись. Мы не друзья. — Он легко улыбнулся, будто пытаясь смягчить свои слова. — Пива?

— Да. На меня напали.

Он пожал плечами, как будто на людей нападали каждый день. Возможно, в его мире так и происходило. Потом он махнул рукой, и у стола появился высокий плотный мужчина с невероятно густыми бровями.

— Пинту горького для шлюхи, — заявила ее цель, — и место, где мы сможем заняться делом.

— Не у меня, — трактирщик покачал головой. — Мы — королевская гостиница.

Человек за столом продемонстрировал золотого леопарда в руке.

— Может, тебе нужна комната? — устало предложил трактирщик.

— Как по мне, скамейка в кухне ей больше подходит, — заявил этот ублюдок.

— Только не у меня в кухне.

Трактирщик исчез.

— Ты могла бы получше одеться. И без того все нехорошо.

Лесса пожала плечами. Она снова испугалась. Человек с мечом в запертой комнате… Это может плохо обернуться, и никто ее не спасет.

Когда он заглянул в комнату наверху, Лесса остановилась.

— Я не шлюха, — тихо сказала она.

— Я знаю. — Он приподнял бровь и вошел.

Она последовала за ним, и он закрыл дверь.

— Снимай платье, — приказал он.

Она покачала головой.

— Святая Мария Магдалина! — Он сплюнул. — Не стану я тебя насиловать, обещаю. Но ты воняешь как овца, неделю пролежавшая в могиле.

Она сняла платье, и он тут же выбросил его в окно.

— Дам тебе свой плащ. Итак, к делу.

— Мой друг хочет познакомиться с твоим другом, — сказала она.

— За моим другом наблюдают день и ночь. А твой друг — самый разыскиваемый человек во всем королевстве.

— Наши друзья хотят одного и того же.

Сама Лесса так не думала. Голос, этот призрачный демон, общавшийся с Тайлером, приказал ему говорить именно так. Она знала, потому что подслушивала. Они жили с нищими, уединения там было не найти. Она знала, зачем она здесь, и ей это не очень-то нравилось.

Мужчина с седой бородой нахмурился.

— Что-то я в этом не уверен. — Он будто подслушал ее мысли. — Мой друг — верный слуга королевы.

— Правда? — спросила Лесса резче, чем следовало бы. — Тогда почему ты вообще со мной разговариваешь?

Вопрос повис в воздухе.

В дверь постучали. Мужчина встал со стула и забрал у трактирщика две глиняные кружки и кувшин эля.

— Согласишься выпить со мной? — спросил он со старомодной учтивостью.

Лесса кивнула. Он налил ей эля, и она с благодарностью сделала глоток, а потом еще один, и ей сразу стало лучше.

— Вот это дело, — улыбнулся ее собеседник. — А ты дерзкая. Я не ожидал женщину, не ожидал шлюху и не ожидал от тебя остроумного ответа. Может, ты и твой друг что-то и знаете. И что за игру вы ведете?

Она внимательно посмотрела на него. Если он лжет, то она окажется мертва, как только произнесет следующие слова. Но Тайлер очень торопился, и она вызвалась себе на голову. Теперь это казалось глупым.

— Мы убьем королеву и ее младенца. Тоубрей станет королем, а мы получим прощение. Мы все не вчера родились, и нам нужны гарантии, что мы не украсим коронацию твоего друга танцем в петле.

— Заговор, — покраснел седой.

— Это любимое занятие твоего друга, — усмехнулась она.

— Пошла ты, ведьма.

Но он не стал ее бить. Она очень боялась, как бы ни дерзила. Откуда он узнал, что у нее есть сила?

— Ты не шлюха. Ты даже не крестьянка.

— Прямо сейчас я гребаная нищенка.

— Тогда ты единственная нищенка в Харндоне, которая не глотает звуки в слове «гребаная». — Он сделал долгий глоток. — Ты из благородных?

— Не твое дело.

— Вообще-то мое. — Он откинулся назад, как будто хотел продемонстрировать, что ей нечего бояться. — Если ты высокого происхождения, я буду больше тебе доверять. Не люблю повстанцев, и мой друг тоже.