— И что это за боги?

— Не знаем, вождь. Об угольной лодке мы не слышали и не видели. Но разумеем мы, что это бывшие боги Звезды.

— Почему же?

— Горящая лодка, что каждый день катится по небу нашему, подобна костру. Когда же костер догорает, остаются угли. Может быть, что нашего старого солнца уже нет. И сейчас нам сияет новое. А старое, став углем, легло сюда на покой.

— Хм… Воины?

Поднялся тогда воевода, не менее мудрый, чем другие. От других его отличали резкие, как сталь, серый и зеленый глаза(*гетерохромия*) и черные как перо ворона волосы.

— Ежели это упавшее солнце, так значит, там живут наши предки? Ведь самые славные предки живут именно там, в горящей лодке! А в серой, ночной лодке спят наши внуки. Я нигде не ошибся, о мудрецы?

— Нет, о воевода.

— Раз это предки наши, то встретим их, как подобает. Кров предложим, да едой нашей накормим. А как решат идти дальше, так проводим по чести.

Поднялся один из мудрецов. За рыжие волосы и синие глаза прозвали его Оргабуром. И вещал он:

— Недопустимо сие. Мертвецы не должны возвращаться с горящей лодки! Это нарушит все законы!

Отмахнулся вождь.

— Будет тебе. Будто ты не хочешь увидеть своего предка. А ты ведь много славного совершил. Поди, прабабка твоя тебе благословление какое даст. Не отрекайся от родни так споро.

— Как пожелаете, вождь.

Собрались тогда главари клана. Вождь, воевода и главный мудрец. Взяли с собой небольшой отряд воинов, чтобы от зверей отбиваться, да дев с дарами для предков.

Долгим был их путь. Поднялась горящая лодка над деревьями, а отряд лишь дошел до далекой поляны. Раньше тут были лишь луг с травами целебными, на который по желтой поре листвы ходили шаманы да знахари.

Однако же теперь явился пред вождем лодка из угля. Сверкала она поду лучами горящей небесной лодки. А рядом с нею ходили их предки. Но были они… другими. Двое ступней заместо трех, две десницы заместо четырех. Однако не успел вождь что-либо сказать, как вышел из строя воевода, будто зачарованный.

— Воевода, стой! Куда ты?!

— Моя… мой предок. Вон она.

Показал воевода куда-то в сторону. На камне там восседали двое. Рослый парниша в серой гладкой шкуре, а на коленях у него сидела дева, с черными, как вороново крыло, волосами. Начал вождь судорожно оглядываться. И заметил деву, что была похожа на него. Белые волосы, алый взгляд. И десниц больше, чем у него. Покрылся испариной вождь, но собрался. Гордо шагнул он вперед, подняв вверх посох вождя, и закричал:

— Предки! Мы рады видеть вас на наших землях! Просим разрешения подойти ближе!

/Физаролли, ПЛ/

Эх, хорошо тут. Красиво. И комаров нет. Вот так сидишь на камушке, Иголку гладишь, и зашибись. Все равно ученый там что-то копается, инструменты разбирает. Ну и просто выйти из корабля боится. Во дурень.

— Ругата! Ур маталок суидам хратон дак! Ихрадан суду!

Хриплый голос разрушил идилию, заставив нас за мгновение вскочить и выхватить оружие. Однако Альма нас остановила.

— Отбой тревоги! Это местные! Ребята, они считают нас своими предками! Будьте аккуратнее со словами — они же будут считать её за вековую мудрость! Язык… Он у них примитивен. Сейчас передам.

*Альма обучила вас языку племени Уфуб. Переключение — по желанию.*

Предки, да? Ох, и головняк…

— Разум, я ж просил, чтобы нас не заметили!

— Я и так ушла на двадцать километров!

Ну да… видимо, у этих ребят еще и зрение лучше. Зараза…

/Летопись племени Уфуб/

Поднялись предки от неожиданности, да выхватили мечи да луки. Но быстро признали своих детей и внуков. Прошло несколько томительных мгновений, и раздался голос Вождя древности.

— Подходите. Не обидим.

Обрадовалось племя — предки не злятся на них. Подошли они к предкам, и говорил вождь:

— Рады видеть вас на земле нашей. Мы принесли гостинцы, а женщины уже готовят вам дома в племени.

Хмыкнул Серый Вождь, и кивнул.

— Мы явимся туда позже. А пока что, давайте отдохнем.

Обрадовались люди. Видели предки их далекий переход, и знают, что сложен был путь.

Выскочил тут вперед воевода, и бахнулся на колени перед маленькой девой.

— Бабушка, я рад видеть вас в добром здравии! Мы исполняем все ваши заветы!

Наклонила голову бабушка, и прищурилась.

— Что за заветы?

Проверяет, решил воевода, и доложил.

— Защищать семью свою, хранить честь рода своего, не бросать в беде ближнего своего!

Кивнула бабушка.

— Поняла. Ты… хорошо постарался.