Инна тоже сделала паузу и так же с неохотой ответила:

– Семь лет… да, где-то семь лет.

Кэт не стала больше расспрашивать её ни о чём, беседа была затеяна коротенькая ради приличия. Во двор вышел большой мужчина с оголённым торсом, на ноги Игорь натянул джинсовые шорты до колен.

– Доброе утро, – поприветствовал он присутствующих, ещё не успел отойти ото сна. Сон гулял у него по лицу от виска до виска, зависая над переносицей. Откуда-то из конца двора за бассейном отозвалась Лора, которая направилась ко всем:

– Доброе утро, – заулыбалась она в своей манере. – А Катюха уже искупалась… освежилась.

Игорь никак не отреагировал. Он нарочно избегал личного отношения к Кэт. Она по-прежнему сидела в кресле, светлые волосы естественно свисали мокрыми сосульками по спине и плечам. Она знала, чтобы добиться своего, нужно сначала уступить. Интересно, уловил ли кто перемены в положении, произошедшие всего за ночь в этой социальной группе? Или за вечер?

Игорь остался собой, не отказался от каких-то основополагающих личных принципов и убеждений, и при этом он не почувствовал, что теперь отсюда начинается его новая глава в жизни, в результате которой… и ключ от его молчания у Кэт. Она знала, ей нужно большее. Она заберёт всё. Здесь ей открылись двери, подчиняя себе всё вокруг, чтобы ничего не хотеть и получать то, что надо.

Инна начала ещё пуще прежде закукливаться, косо смотрела, и это не была игра, но подлинное отношение. Стараясь скрыться в своём мире торговых центров или в салоне «нано-микро-гиперсовременной косметологии», превращающей истинных женщин в искусственных кукол, лишь бы вокруг было поменьше живых людей. Это мир Инны, её реальность. Сколько их таких?

Кэт и Лора прекрасно ощущали и знали наверняка своё положение в пространстве, в себе и между собой. Это мир честных людей, откровенно смотрящих правде в лицо, искренно. Там в то утро зарождалась новая звезда и новая планета в одной на всех Вселенной. Удивительное ощущение тепла придали уверенность в своих силах. Уют, как магическое заклинание зелья, элемент, которого недоставало.

Но вот дилемма. Задача, над которой Боги всю ночь ломали голову, выглядела так: один бодрый, но ещё не пенсионер решил вырваться из цепких объятий своих многочисленных почтительных детей, жены (кстати, она не против, и сама последовать его примеру) и внуков, свято убеждённых, что дед старый, ему нельзя волноваться, напрягаться, работать, нервничать, а можно только смотреть телевизор и гулять. А деду за последние два года так осточертели и телевизор, и родной район, по которому он прилежно гулял, чтобы не расстраивать близких, что он уже был готов на любую авантюру. Больше всего ему хотелось оказаться в окружении какой-нибудь бойкой молодёжи, толпы друзей, шумной компании. И чтобы к нему относились не как к старинной потрескавшейся вазе – ценной, но бесполезной, – а как к обыкновенному человеку, способному ещё очень на многое.

На первый взгляд, эта задача показалась лёгкой и привлекательной. Что может быть проще найти в этом городе подходящую особу и пристроить её к подходящему для неё деду? Но оказалось, что субъект желания, проживший на этом свете гораздо дольше, чем молодой самоуверенный мустанг, уже успел тайком от бдительной родни, разумеется, опробовать все подходящие варианты. Увы и ещё раз увы! Бойкие молодые особы, красивые, но глуповатые вешала на свои «офисы» табличку «Людям старше сорока – вход воспрещён!», видимо, полагая, что лет этак через тридцать их собственная жизнь закончится. Фирмы по оказанию кое-каких услуг в лучшем случае предлагали пенсионерам почасовую оплату работы, в худшем – отмахивались всё той же обидной табличкой про возраст.

Ну, в самом деле, не оставлять же славных дедулю и бабулю в таком роскошном и просторном доме спокойно прозябать на пенсии, когда есть ещё порох в пороховницах?

После того как Игорь привёл сюда Кэт, Сергей увидел в ней спасательный круг, брошенный утопающему, когда впервые взглянул в её зелёные, как драгоценные каменья, глаза. Вечные ценности искусства. Сердце с надеждой встрепенулось. Всё это не противоречит правилам, надо и честь знать. Они с Лорой взялись за дело, сделать его безупречно, чтобы никто не смог придраться.

Тут любой может позволить себе купить билет в первый класс. Но философия в том, что основана на принципе реальной необходимости. Что необходимо в этот момент? Настоящий момент. За несколько дней её поездки в Крым, я, как Свидетель и автор узнала гораздо больше, чем могла бы узнать из путешествия первым классом. Уже проверены и отвергнуто десятки сомнительных вариантов. Своим появлением Кэт высекла спасительный код. Ведь жизнь – это хрупкий дар. Здесь тонко пронизаны кружева сплетений.

Время плавно подбиралось к 11 утра.

– Игорь, ты что будешь завтракать? – нежно в своей манере спросила его Лора, снова прикуривая сигаретку.

– Я, – расплывшись в нежной утренней неге, сидя в кресле под солнечными лучами, начал Игорь, закидывая руки и сцепив их в замочек над головой, – кашу, как обычно, овсяную.

Лора кивнула, в знак «понял—принял».

– Кэт, ты будешь завтракать? – обратилась к малышке.

– Нет, Лорик, спасибо, – также нежно она держала ответ. – Я бы лучше в душ сходила, – начала она.