Вы когда-нибудь пробовали отказать подростку? Они упорны и чертовски упрямы. Поэтому, естественно, чтобы избежать его нытья и безостановочных сообщений, я согласился и принял новую традицию.

— Конечно. С танцевальными движениями, которым научила меня Елена, я был самым популярным парнем там.

— Ты, наверное, самый популярный парень, и точка.

Калеб смеется.

— Спасибо за комплимент, но я точно самый ботаник. Награда за самого крутого парня достается Дилану. Он закончил лечение, что, по сути, является почетным знаком в этих краях.

— А как проходит твой последний раунд?

— Жжет как сука.

Мое сердце замирает при мысли о том, что Калебу больно. Я полюбил этого парня. Он кидает мне мемы каждый день после того, как я разрешил ему писать мне, когда он захочет.

— Ты заботишься о себе?

— Думаю, да. По крайней мере, настолько, насколько могу. Но я умираю здесь от скуки. Они заблокировали доступ к HBO, так что мне не повезло.

Я разразился смехом.

— Почему бы тебе не улизнуть куда-нибудь и не поцеловаться с Франческой?

— Ты знаешь, что ведешь себя как странный старший брат?

Ну, черт, похоже, я и вправду так себя с ним веду.

— Тебе бы повезло, если бы я был тебе братом или сестрой.

— Ни хрена себе. Это принесло бы мне столько авторитета на улице. Мой визит к тебе уже покорил Франческу и ее друзей. Моя первая татуировка с Джаксом Кингстоном приглушила свет Дилана на целую неделю.

Кто знал, что в больницах есть социальная иерархия, как в средней школе? Я точно не знал.

— Как поживает моя мексиканская принцесса? — мурлычет Калеб.

— Хорошо.

— Просто хорошо? Тогда ты, должно быть, ужасный парень.

Я издаю глубокий смех.

— Почему?

— Потому что она сказала то же самое о тебе, когда я звонил ей на прошлой неделе.

— Ты разговариваешь с Еленой?

— Да. Кто-то должен следить за тем, чтобы тебя держали в узде.

— И она сказала, что все хорошо? Любопытство заставляет меня выглядеть чертовым дрочером.

— Боже правый, можно подумать, что вы двое не разговариваете друг с другом. Она сказала, что все хорошо и что она счастлива. Этого достаточно для тебя?

Это лучше, чем хорошо. По какой-то причине услышать это от Елены — одно дело, но услышать это от Калеба — совсем другое. Более серьезная ситуация, потому что она хочет поделиться частью наших отношений с другими.

Ага. Я превращаюсь в чертова дрочера.

— Да, это хорошие новости, приятель.

— Пожалуйста, не разбивай ей сердце. По крайней мере, пока мне не исполнится восемнадцать, и я смогу быть там, чтобы найти все ее разбитые кусочки и собрать ее обратно.

Я смеюсь над его шуткой, надеясь, что не разобью ей сердце. Не потому, что я не хочу, чтобы она досталась Калебу. Скорее, я хочу оставить ее у себя дольше, чем предполагалось изначально.

Не хочу расстраивать Калеба, но нет ничего дольше, чем вечность.

— Сразу говорю, я сделал это для себя. — Я прислоняюсь к дверному проему, отвлекая внимание Елены от упаковки ее багажа.

Она сдвигает очки на переносицу. Я чертов дрочер, которому нравится, как она излучает сексуальные растрепанные вибрации. Мне нравится Елена в платьях и на каблуках, но не меньше она мне нравится в толстовках и худи, которые она украла из моей сумки. Мои пальцы дергаются, желая сорвать их с нее.

— Мы в прошлом? — она наклоняет голову.

— Я выиграл честно и справедливо, что означает, что ты берешь неделю отпуска.

Обе ее брови вскидываются.

— Что? Неделя отдыха от чего именно?

— От работы.

Она качает головой.

— Я не могу этого сделать…

— Конечно, можешь. Я уже попросил Коннора. И прежде чем ты спросишь, я пообещал быть на высоте, чтобы ты могла развлекаться, как Софи и Майя.

— Ты не можешь позвонить и использовать мои больничные дни.

— Я могу, и я это сделал. — Я пожимаю плечами. — Ты поблагодаришь меня за это. Мы не можем допустить, чтобы ты загнала себя в неглубокую могилу. — Эта идея пришла мне в голову после того, как Елена однажды во время обеда призналась мне, что никогда не брала больничный на работе. Даже когда ей было семнадцать лет и ей пришлось работать в свой день рождения. Это чертова трагедия, которую никто не должен переживать в своей жизни.

Я работаю над тем, чтобы исправить ее зависимость от работы. Хотя бы немного, чтобы у нее было достаточно свободного времени, чтобы наслаждаться жизнью, которую она старательно обеспечивает.