Шрифт:
Настроение Назара скатилось на ноль.
Вот же упрямая Птичка.
Нет не Малиновка. И не Птичка.
Коза.
То подпустит, то назад сдаёт.
И ведь видит он, что сидит вся такая насупленная.
Ревнует что ли?
Но нет, они не вместе.
И подружки у неё не промах. Одна прямо во вкусе Назара, ну, по крайней мере, была.
Гибкая брюнетка, так и ластится.
И вторая симпатичная тоже. Хрупкая блондинка.
Но Птичка лучше всех. Только она упрямо делает вид, что всё равно ей. Ну, вот пусть и помучается.
Вика тихо проговорила, что отойдёт припудрить носик, и Назар зорко наблюдал, чтобы не смылась. Она вернулась, но уселась у бара.
Ну, пусть посидит, главное чтобы в поле его зрения была.
Упрямая, упрямая Птичка. Неужели не понимает, что уже всё решено, не улететь ей от него. А всё трепыхается, машет крылышками.
А вообще Вика Назара уделала.
В очередной раз поразила. И видом своим цветущим, свежим, в этом платье, что выгодно её плечи плавные открывало, и тут же вспомнил он, как целовал их, и кусал нежную плоть. И снова дураком себя обозвал, что упустил момент, растерял всё своё преимущество.
Даже Федька снова завис, увидев Вику.
Хороша! Вся такая юная, порывистая, свежая! Сладкая!
И флиртом своим, уделала, и вождением лихим, и знанием Черчилля.
Всем.
Снова Назар был поражён ей, очарован, околдован. Снова в глаза эти нереальные заглядывал, искал что-то понятное только ему. Найти хотел эту искру, что в ней скрывается, озаряет всю её.
Ведь неземная какая-то! Чудесная!
Пока ехали руки не знал куда деть, и всё косился из под очков на профиль мягкий, на шейку нежную, на ямку между ключиц, реально чувствуя вкус её сладкий, с нежным ароматом. Только разговоры и отвлекали от картинок перед глазами мелькавшими. Как гладит он её стан плавный. Как собирает губами вкус с кожи бархатной. Прямо в этой тесной машине, платье задирает, и по бедрам, трепещущим, горячий след тянет, до самой плоти влажной, жгучей, и смотрит, впитывает как, захватывает её желание. Ловит губами, сбившееся дыхание, и первые стоны…
Так размечтался, что стояк обеспечен, хорошо, что в этой малометражке, так неудобно, что вынырнув из своих мечтаний, сразу стало не до этого. Потому что и спина затекла, и зад, от тесного сидения, сводило.
Назар выглянул, посмотреть, куда они приехали, когда Вика свернула на парковку, отметил про себя, что знаком с владельцем этого клуба.
Было дело, выпивали с Прониным, и не раз, сделки нехилые закрывали. Не так чтобы близко, но местный бизнесмен, на хорошем счету, конкретно у него, как деловой партнёр, выполняющий все свои обязательства в срок, и чистый на руку.
Только отвлёкся от своих горячих фантазий, как Птичка к нему сама нырнула, ещё и про татуировку напомнила. Теперь главное не спугнуть, памятуя свою грубость, Назар хотел быть с ней максимально нежным и терпимым, потому и медлил, волосы назад отводил, согревал дыханием манящие губы, впитывал её реакцию, и не успел.
Подруга, так не вовремя явившаяся, испортила момент. Птичка упорхнула.
А теперь и вовсе нахохлилась и сидела одна. А подружки её развлекались, забыв, что поводом их встречи является её день рождение.
Хорошие подружки, ничего не скажешь!
Брюнетка уже чуть ли, к нему на колени не уселась, а блондинка, всё норовит его невзначай, то за спину, тронуть, то за плечо.
Назар, глянул в сторону бара и напрягся, моментально растеряв всё напускное благодушие, призванное позлить Вику.
К Вике склонился, и что-то говорил высокий мужик. Она отворачивалась, всячески демонстрируя ему свою незаинтересованность, но он не отставал, и она видимо понимая, что не справляется, решила уйти. Соскочила с высокого барного стула, но хрен этот, не унимался, дорогу преградил, да так что закрыл полностью своей фигурой.
Назар так резко ломанулся к бару, что небрежно оттолкнутая Вера, с визгом отлетела на диванчик. Он за секунды преодолел расстояние, и оттеснил мужика от испуганной Вики, которая пыталась тому втолковать, как всегда в своей рассудительной манере, что он ей не интересен.
— Мужик иди на хрен! — рявкнул Назар, и схватил Вику за руку, завел за свою спину.
— А ты кто такой? — развязно протянул гигант, обдав Назара перегаром.
Он выше его на голову, хотя в Назаре было почти под метр девяносто росту. И в плечах тоже шире. Небритая рожа, колючие глаза, и затхлый запах.
Вообще странно, что его сюда пропустили! Какой-то бродяга!
Но, тем не менее, имеем, что имеем.
— Какая разница кто я, иди просто на хрен! — отозвался Назар, удерживая, Птичку порывающуюся выглянуть из его плеча.
— Твоя что ли, пышечка? — плотоядно облизнулся мужик.
— Твоё какое дело? — Назар спокойно вёл беседу, не рефлексируя, и холодно оценивая противника. И понимал, что миром они не разойдутся это точно. И поэтому пока они вели пустой разговор, он, в уме прикидывая, куда будет бить.