– Вы были в Мали? Если не секрет, когда, где? – поинтересовался капитан.

– В прошлом году в сентябре, после того как вы, ну, в смысле, французы, разбомбили деревню в провинции Кидаль и положили там человек тридцать мирняка 55 ради четырех террористов. Я там журналистское расследование проводила.

– Да. Неприятный инцидент. Ошибка вышла.

Ник вспомнил, что тогда выбор стоял между рейдом спецназа и точечным авиаударом. Начальство выбрало авиаудар. Правда, он получился не точечным. Две ракеты попали в цель, но оказалось, что в этой хижине собралась вся деревня. То ли на свадьбу, то ли на какой-то праздник. Скандал был тогда, жуть. Первый парашютный месяц сидел в Госси безвылазно, пока дипломаты и генералы в Париже пытались все уладить.

– Хей! Да ты, я вижу, там тоже был, – оживилась девушка. – Ничего, что я на «ты»?

– Может был, может нет. Какая разница. О чем поговорить хотела? И что за хрень с Матрицей и мистером Смитом?

– О нем и хотела поговорить, – опять понизила голос она. – Я за ним уже лет пять наблюдаю. Охрененно крутой перец. Матрица – это новая фирма, которую он создал специально под Украину. Похоже, именно здесь сейчас приоритет ЦРУ.

– Он что, цэрэушник? – насторожился Ник.

– Нет. Он частный контактор. В некотором смысле тоже наемник, только очень, очень высокого уровня. У него несколько разных фирм, укомплектованных лучшими оперативниками и оснащенных по максимуму. Работает по прямым заказам ЦРУ, Пентагона и всяких там вашингтонских шишек. Бабла гребет немерено. Выполняет за них грязную работу или ту, где Вашингтон светиться не хочет. Здесь, в Жешуве, Смит самый крутой. Все остальные по сравнению с ним – мелкая мелочь. Если он здесь, значит, на Украине затевается охрененно крупный замес. И, похоже, ты в этом замесе будешь участвовать. А раз замес крупный, то это может быть охре-факин-ненный материал. И я бы хотела его заполучить.

Конец ознакомительного фрагмента.