— Это что? Неужто таламус наш ожил? — с затаенной надеждой шепнуло мое подсознание.

— Не знаю, но сильно похоже на синестезию энергий. По крайней мере я читал схожие записи о Гаутаме* в сутрах и ведах учения хатха-йоги.

— А давай-ка проведем опыт — идентификатор стихии? Тест-драйв на юного мага! Заодно, местным детишкам дадим денег поднять…Меценатами станем? Что скажешь, братишка?

— Что-то ты крайне щедр сегодня. Но… Идея хорошая и безопасная! План одобрен!

Влэд. Спустя какое-то время

Вот так за пять медяков в день я договорился с детворой изучать их прану и энергетику. А конкретнее — держать за руки, перед этим самому выпив сильно разбавленной маны.

Они, конечно же, скучали, концентрация для непоседливой детворы — штука та еще, но щедрые деньги быстро сломали лень и детское «не хочу».

А между тем я заметил, словно в старые добрые дни, что во время моей медитации вокруг стали собираться мелкие птицы и домашняя живность из ближайших подворий.

Поначалу хозяин дома ругался, что у него не скворечник и магией заниматься надо в нужных местах. (Мужик сильно нервничал, не понимая, что вокруг происходит, поэтому пришлось доплатить за аренду и неудобства).

— Смотри… Глазки так и шмыгают страхом. Вижу, боится буржуй. Трясется за шкуру. Помещик.

Но так как я быстро разобрался за эту неделю, что там и как, и составил график занятий, то все сразу же утряслось по местам. Ведь самое главное я осознал. Это то, что у всех местных сильно развита одна из семи чакр-стихий. И потому, их энергия сильно струиться в ней, а вот остальные стихии — крайне ущербны или же заметно ослаблены.

Сила же маны этого чудо-напитка, как я понял, заключалась в ускорении движения энергии по малому кругу,* а еще просто в невероятном темпе вибрации звуков в нади сушумне и прочих энергоканалах.

Я попробовал воспроизвести этот эффект сам, но отдача оказалась в два раза слабее. Хотя ее и хватало для схожего действия. Таким образом, этот эксперимент хоть и частично, но завершился, как и планировалось.

Вот с такими познаниями из свитков и собственных ощущений я пришел в Школу неделю спустя — на должность Хранителя знаний. Этим, я удивил даже Джела. Он признался, что ставил на то, что я выберу звание Мара. Так как это не дорого — и престижно.

— Фиг ему… Пусть сам батрачит и… портянки стирает где-нибудь у «святых помидор» на окраинах империи.

И как оказалось, я угадал… так как, Хранителям, Провидцам и Стражам, шло несколько бонусов.

В честь поступления от шедрот Школы нас, то бишь студентов, кое-чем одарили. Угадайте чем? Униформой. Черные сапоги до колен и синяя повседневка из хлопка: рубашка с жилетом, шарф, нарукавники и штаны галифе. Плюс вручили пояс Хранителя, скрепленный наплечником, и на нем сигна-плащ до колен.

Женская же одежда была малость теснее, но в схожей манере: с добавкой открытого платья-колокол и поясом силы на талии.

Преподаватели носили похожее… но темно-бордовых цветов, побогаче, со знаками достигнутой силы: Магистр третьей ступени, четвертой, магистр-гроссмейстер и прочие. Все, кроме черных нарядов архимагов-старейшин.

Вот такие дела.

Подчинитель – Первый осколок Ядра Аш-Тиар

Ретроспектива №1

Извечный спутник и малый орбитальный партнер древнего Мидла сегодня, как никогда, висел на ночном небосклоне сияющим кровавым прожектором.

Призрачно возвышаясь над стратосферой и ее облачным одеялом из густого тумана, он остро прорезал ночную мглу города Арос своими трассерами лезвий. Тем самым вынуждая город бесстыдно оголяться в свете игривой луны и безмерно удлинять свои черные липкие тени. Они медленно дрейфовали по чреву города, страстно обхватывая все подряд. Каждую улицу, каждый следующий дом. И каждое открытое окно, за которым также дрожали липкие тени.

Тени и свет нервно поочередно мерцали в одном из таких домов. А внутренние стены озарялись слабым, призрачно-алым свечением, идущим от самого пола. То был темный магический ритуал.

А вдобавок из приоткрытой двери неслись частые вздохи. И стоны.

Шикарно сложенная огненно-рыжая дева плавно двигалась до безумия в глазах, сдавливая своими широкими бедрами крепкие чресла мужчины внутри ее первоосновы. Мраморные руки мужчины с нажимом скользили по ее разгоряченной упругой груди, заставляя ее спазмически дрожать и потеть, покрываясь, мелкими тонкими ручейками влаги… которые аккуратно подчеркивали эротичное тело.

А пламя меж тем все сильнее и больше разгоралось в искрящихся углях камина.