Квентин много раз видел, как это делают в детективах, демонстрируемых по телевизору. Но почему там у них все получается так легко и просто, а в жизни все гораздо сложнее. Он еще несколько раз попытался нажать на дверь, но ничего толком не выходило.

С отчаянием ударив по ней кулаком, он неожиданно вспомнил про запасной ключ. Она всегда прячет его в этом месте… рука протянулась и отыскала холодный металл.

— Стефи!

Ее имя, произнесенное так громко и совсем рядом, заставило ее вздрогнуть и сильнее прижаться к креслу. В спальню дверь закрыта, свет в доме потушен. Стефи решила сыграть в молчанку, может быть, он уйдет.

— Я знаю, что ты здесь.

Включив свет в коридоре, она с удивлением раскрыла глаза, заметив силуэт его высокой стройной фигуры. Ноги расставлены, руки на талии — так он стоял и в упор смотрел на нее.

— Надо сказать, что ты самонадеянный, — произнесла она. — Поскольку телефон не отвечает и на звонки никто не открывает, можно было подумать, что дома меня нет. — Ее беспечный вид вовсе не отражал тех эмоций, которые бушевали в душе.

— Я самонадеянный? — с сарказмом заметил он. — По-моему, именно ты имела наглость изменить наш уговор без моего согласия.

Стефи раздраженно стукнула пяткой по ковру.

— Ты поступаешь неразумно, вовлекая Роберта в опасное мероприятие. Иногда мне кажется, что тебе вообще не хватает культуры.

Он возмущенно задышал.

— Нет, подожди…

— Это ты подожди, Квентин Уард. — Ее палец уперся ему в грудь. — Две недели я занималась изучением твоего сына. Теперь я достаточно хорошо узнала его. Бобби воспитанный, чувствительный, добрый и заботливый мальчик. А ты хотел, чтобы я совершила глупость и, возможно, нанесла ему глубокую рану. Нет уж, Квентин, я полюбила твоего сына.

— Ты… ты что? — Ее слова нанесли ему жестокий удар. Он отшатнулся и, упершись ногами в кровать, медленно опустился на ее край. — Что ты хочешь этим сказать? Ты… я… — он обнаружил, что потерял мысль.

Голос ее был таким же нежным, как и ласковые руки.

— А почему я не могу любить твоего сына? — Она тихо гладила его упрямые скулы, затем опустила руки ниже и провела по подбородку. — У Роба такие же глаза, такое же лицо. — Пальцы скользнули по губам. — Такой же рот. — Глаза ее ярко поблескивали. Стефи глубоко вздохнула. — Я бы никогда не смогла причинить ему боль, так же как не могу причинить ее тебе. Я люблю твоего сына потому, что он воплощение тебя. — Ее пальцы продолжали гладить его лицо. — Я так люблю тебя.

Квентин заключил ее в свои объятия.

— Стефи! О, Стефи! — Он стал осыпать счастливыми поцелуями ее губы, щеки и шею. — Ты и представить не можешь, как я мечтал услышать от тебя эти слова. И боялся, что ты никогда не произнесешь их.

Стефи начала отвечать на его ласки. Ее пальцы блуждали по затылку, оставляя на нем интимные дорожки. Ее язык реагировал на чувственные прикосновения.

— Знаешь, как я люблю тебя? — прошептал он, целуя ее горло.

Она взяла его лицо в свои ладони, ее глаза выражали больше, чем слова.

— Покажи мне. — Стефи нашептывала провоцирующие слова. — Мечтаю проснуться в твоих объятиях.

Он издал стон удовольствия, жадно схватывая ее губы, язык его совершал таинственный танец соблазнения. Крепкие мужские руки ощупывали каждый сантиметр ее упругого тела.

— О-о, — издала она еле слышный стон, шедший из глубин ее существа и говорящий о том, какое стремление томилось в ней. Тело было как в огне, кожа пылала от его прикосновений.

Проворные пальцы быстро справились с пуговицами и освободили ее тело, спрятанное за ночной сорочкой, упавшей к ногам.

— Ты прекрасна. — Голос его дрожал от волнения. Он окунул лицо в ее волосы, вдыхая волшебные ароматы. Ее духи завладели его разумом, опьяняя, как наркотики. Он легонько наклонил ее, прижимая крепче и увлекая на постель.

Квентин освободил ее только на мгновение, чтобы сбросить на ковер одежду. Потом прижал ее к себе еще сильнее.

— Как приятно коснуться твоего тела.

Стефи почти замурлыкала, почувствовав, как его руки обосновались на ее груди. Она с удовольствием познавала ландшафт мужского тела. Ее пальцы задержались и поиграли на волосатой груди и, колеблясь, проделали дорожку ниже.

Губы его были горячими, когда он страстными поцелуями покрывал груди. Язык с влажной нежностью ласкал застенчивые бугорки, постепенно превращающиеся в прекрасные пики. Он провел ладонью по бархатистому животу, лаская нежную кожу бедер.

Она с наслаждением раздвинула ноги, позволяя его исследующим пальцам пробраться к заветному месту. Ощущая, как ее пронизывают волшебные чувства, она застонала.

В своем желании доставить подобные ощущения ему, она провела рукой ниже, нежные пальцы окружили его мужественность и легонько массировали, а она расцветала сильнее и сильнее. Его страстные вздохи еще больше распалили ее.