Колодин опустил руку, медленно обернулся к останкам авто. Когда-то это был, легковой автомобиль, но какой марки понять было трудно. Кто-то или что-то изуродовало и измяло кузов легковушки до неузнаваемости. Сержант шагнул ближе к обломкам и присел на колено, угодил во что-то мокрое, похожее на тряпку, шёпотом выругался. Колодин не стал вникать, во что именно он вляпался: антифриз, тормозуха, горючка, да мало ли что могло вылиться из разбитой машины, это потом. Распознать цвет машины в темноте тоже было не возможным. Тонкий серп месяца то появлялся, то снова прятался в облаках, практически не давая никакого света. Колодин согнулся в три погибели, чтобы заглянуть в то, что осталось от салона авто.

– Здесь ничего. Пусто, - шепнул майор, осмотрев машину.

Поднялся на ноги.

– Это восьмёрка. Или девятка, - уверенно сообщил один из солдат.

– С чего ты взял? Это же груда железа и битого стекла.

Колодин ещё раз осмотрел обломки. Ни фар, ни задних фонарей, ни одной целой детали.

– Бампер, - продолжил всё тот же солдат, пнув что-то на земле.

– Чего?
– не понял сержант.

– Бампер, - солдат ещё раз пнул что-то длинное на земле, - такие бампера только на наших восьмёрках и девятках ставили в прошлом веке. Чёрный пластик и ребра жёсткости внутри. Таким бампером на таран можно идти. У меня была "девятина", от деда досталась, на гражданке ещё. Я точно знаю.

Солдат улыбнулся, нырнув на мгновение в воспоминания.

– Товарищ сержант, простите майор, - с другой стороны подошёл другой срочник, - Автомат. Там. Лежит. С той стороны, - солдат с трудом выдавливал из себя каждое слово.

Колодин взглянул на него, тот был напуган или ошарашен не понятно, но даже в темно было видно, что лицо у солдата было белее мела.

– Где там? Тащи сюда, - тихо приказал офицер.

– Его рука держит, - выдавил солдат.

– Какого хрена? Чья?

Колодин обошёл обломки с другой стороны, внимательно глядя на землю. Скоро увидел «АК», который держала часть руки, точнее кисть и небольшой кусок предплечья. Конечность с оружием, была отсечена словно острым мечом, срез на предплечье ровный и чёткий, ни ошмётков тканей, ни торчащей кости. Один палец на спусковом крючке, верно, пытался отстреливаться, но не смог или не успел. Колодин аккуратно поднял автомат, остаток руки глухо шлёпнулся на землю. Осмотрел оружие. Флажок предохранителя переведён на огонь «одиночными».

– Где остальное тело?
– спросил майор, оглядывая сразу у всех.

Солдаты как по приказу засуетились около машины, шаря взглядами по земле.

– Здесь нет, - тихо доложил один из срочников из темноты.

– Здесь тоже чисто, отозвался второй.

Майор не стоял без дела, но и его поиски не дали никаких результатов. Неожиданно для себя Андрей почувствовал, что на него из темноты кто-то смотрит.

– К бою!
– скомандовал он и резко вскинул автомат к плечу. Солдаты мгновенно исполнили приказ, и замерли, целясь в ночь. Но в темноте никого не было. Только тот же шум сверчков и еле слышный шелест трав.

– Что там, товарищ сержант, простите, майор?
– спросил обнаруживший руку с оружием солдат.

– Не знаю.

Колодин водил стволом автомата из стороны в сторону, выискивая цель. Никого не было видно, но он точно знал, он мог поклясться в том, что мгновение назад на него смотрело что-то очень не доброе, хищное.

Тишину разорвал вопль ужаса, который тут же утонул в треске пулемётной очереди.

Андрей Колодин резко повернулся в сторону «УАЗа». Пулемёт Крокодила, изрыгая пламя, долбил длинной очередью. Бил в одну сторону, куда-то перед собой пока не выплюнул последнюю пулю. Перезарядки не последовало, вместо этого часто захлопали пистолетные выстрелы, сопровождаемые воплем ужаса.

– К машине! Бегом! Огонь по готовности! – скомандовал майор и рванул к «УАЗу». Он открыл огонь с ходу, куда-до в темноту, совершенно не различная цели, просто наугад. Сослуживцы на бегу выстроились в маленькую цепь. Заработали их автоматы, стреляли так же в никуда, так же не видя цели, так же во тьму перед «УАЗом».

Отстреляв по два магазина, бойцы добежали до машины.

Крокодил стоял рядом с «Буханкой», тяжело и часто дышал. Глаза навыкате, то ли от страха, то ли от избытка адреналина.

– Я достал его? Колодин, я достал его?
– как в бреду спрашивал пулемётчик уставившись в степь.

– Кого?

Майор огляделся вокруг «УАЗа», ни одного трупа не было.

– Я не мог промазать! В упор же бил! Всё до патрона! Я же достал его! Колодин? Где эта тварь? А? Колодин!

– Да в кого ты стрелял?

Андрей взял товарища за грудки и слегка встряхнул, чтобы тот пришёл в себя.

– В Серого? В кого? Сколько их было?

В ответ Крокодил только отрицательно покачал головой.

– Хрена с-два это Серый. Это что-то… Это гадство какое-то, - Крокодил часто захлопал глазами.

– Грузите его. Уходим.

Быстро скомандовал Колодин и прыгнул за руль.

Солдаты запихали Крокодила в «Буханку», закинули пулемёт и очень шустро загрузились сами.

Затарахтел мотор. Машина шлифанула колёсами по степному ковылю и рванула вперёд. Резкий разворот чуть не опрокинул «УАЗик», накренив его на два колеса, машина устояла, и быстро помчалась в сторону лагеря, оставляя за собой стену из пыли.