— Кому он мог понадобиться? — пробормотал Старов. Если не правопорядок и не безопасность, то кто? А если коллеги, то какого чёрта было морочить голову Верховскому?

— Я не знаю, — отозвалась потерпевшая, приняв вопрос на свой счёт. — Но подоспели они вовремя, я почти уже сознание потеряла. Вот, больничный взяла, прихожу в себя…

— А как забрали? — не слишком вежливо перебил Мишка. — Ну, в смысле, корочку там предъявили, основание ареста озвучили?

— Нет. Просто скрутили — и в машину. Машина белая, обычная… Номер не рассмотрела.

— Н-да, — глубокомысленно промычал Старов и взлохматил почти высохшие волосы. Ни паразит, ни его таинственные похитители симпатии не вызывали, но хуже всего была правота шефа насчёт соседей по Управе.

— Если туда дальше топать, — обстоятельно изложил Макс, щурясь на солнце, едва миновавшее зенит, — можем до Воробьёвых дойти. Хочешь на смотровую?

— Далековато, — с сомнением отозвалась Ира. — Ты не устанешь? Ещё же дежурить…

Некрасов, рисуясь, пренебрежительно хохотнул.

— Кто устанет, я? Да я вообще бесконечно ходить могу.

— Тогда пойдём, — решила спутница и очаровательно улыбнулась. — Так что в итоге с той ведьмой? Нашли ей кольцо?

— Терпение, всё будет, — Макс широко ухмыльнулся. — Короче, Костик решил, что его кто-то из родни спёр, типа проще будет вступить во владение…

При упоминании Чернова Ира немного сникла. Макс учёл и, повествуя о том, как расспрашивали многочисленное старухино семейство, сварливого коллегу старался не упоминать. Рассказывать приходилось вполголоса: по случаю выходного, удачно совпавшего с хорошей погодой, народу в парк набилось до отказа. Некрасову это было на руку, потому что можно было держаться поближе к прелестной спутнице. Обниматься он, правда, пока не лез. Ира вела себя дружелюбно, но как-то слишком уж сдержанно, как провинциальная первокурсница. Макс правила игры принял и вовсю развлекал даму пустопорожней беседой.

— Ну и вот, приезжаю я, весь из себя стажёр, в эти палаты белокаменные, — он рассеянно полез за сигаретами, щёлкнул зажигалкой и спохватился: — Ты не против?

— Да нет, я привычная, — Ира пожала плечами и пояснила: — У меня папа курит.

— Вот и отлично, — Макс, соблюдая приличия и седьмую статью, помучился с зажигалкой и закурил. — Стою, значит, на пороге, воняю электричкой, а там натуральный Версаль! На полы наступать страшно, по потолкам лепнина, люстра на полкомнаты свисает, ваз понатыкано в каждом углу… Короче, видно, что колечко это копеечное вообще нафиг никому не сдалось, но бабка-то принципиальная!

— Может, это была память, — мечтательно предположила Ира. — О прекрасной молодости.

— Жадность это была, — фыркнул Макс. — Там целая армия детей и внуков собралась, все злющие, все друг на друга думают, потому что каждый клялся, что штучка не у него, и заодно сдал по два-три родственника. Бабка надо всем этим восседает, то ли тащится, то ли бесится, фиг пойми. Дом весь каким-то антикварным хламом завален, коты по этажам стадами маршируют… Короче, лучший способ что-то найти — сжечь всё к чертям и потом из пепла выкопать, что осталось заговорённого.

— Так это коты заиграли? — улыбнулась Ира. До чего мило она это делает! Любую чушь станешь нести, просто чтобы полюбоваться.

— Коты — они такие, они могут. Мороженого хочешь? — предложил Макс, завидев впереди бело-розовый киоск.

— Можно.

Заплатив втридорога, Макс разжился двумя эскимо. Чувствовать себя щедрым было приятно, немножко впасть в детство — тоже, особенно в такую жару. На набережной, в отличие от обманчиво тенистых аллей, хотя бы дул ветерок. По реке деловито прополз мимо очередной теплоходик; вот уж откуда любоваться городскими красотами комфортно и прохладно!

— Они же тут где-то причаливают, — осенило Макса. — Прокатимся?

— Мы же решили идти до смотровой? — с сомнением протянула Ира.

— Какая разница? С речки тоже живописно, — пожал плечами Некрасов и, понизив голос, прибавил: — Водяных тут нет, не бойся.

— Я и не боюсь. Просто как-то уже настроилась гулять…

Макс с сомнением оглядел её босоножки на каблучках и наверняка не слишком удобную для ходьбы юбку, но мужественно промолчал. Не хотим кататься — ну и не надо, в другой раз успеется. В этом даже есть что-то очаровательное; прежние Максовы пассии без раздумий соглашались на любые попытки их побаловать, в том числе предпринятые исключительно из вежливости.

— Ты на котах остановился, — напомнила Ира.

— Я остановился на очевидном крахе своей карьеры, — с готовностью подхватил Макс. — Это семейство уже весь магконтроль достало вусмерть, никто не хотел с ними связываться, ну Верховский меня к ним и выпихнул под угрозой выкинуть со стажировки. Стою я, значит, осматриваю всё это великолепие и думаю, за что бы такое ухватиться, до чего ребята не додумались…

— А они не додумались?

— Ну, очевидно, нет, раз до тех пор не распутали, — важно заметил Макс. — Хотя, по-моему, им тупо влом было этим заниматься. Я Мишку с Яриком имею в виду, Костя-то всё цеплялся за идею с роднёй.