Он улегся, положив рыжую голову на ее законное место - себе на живот. Потому что пофигу. Да, он мразь. Сволочь последняя. Яйца бы ему оторвать следовало, однако, смельчаки не найдутся. Барина, что ли, попросить? Чтобы отдубасил по полной программе и мозги на место вставил? Единственный, кто, наверное, способен. Вот умора-то будет!

Лора щекотно согревала своим ровным дыханием живот. Вадик терпел, осторожно поглаживал ее спину. Вот сдохнет, но с места не сдвинется. Прикрыл уставшие глаза. И в первый раз в жизни задал себе вопрос, над которым раньше никогда не задумывался: чё вообще делают, чтобы понравиться женщине?

Утром за завтраком Лора вдруг ляпнула такую фигню, что Вадик аж поперхнулся:

— Помоги мне. Я хочу вернуть долг Ромы. Я выиграла достаточно, чтобы расплатиться со всеми. Я все посчитала.

— Чего ты хочешь? — вкрадчиво спросил Вадик, начиная закипать. Он все же надеялся, что просьба Рыжика - всего лишь слуховая галлюцинация. Очередной новый симптом.

— Я хочу расплатиться своим выигрышем за Рому. Я не знаю этих… людей, а ты можешь передать им деньги, — уточнила Рыжик.

Млять, не показалось…

— Нет, — отрезал Вадик.

— Почему? — искренне удивилась Лора. Она, правда, не понимает?

— Я сказал — нет.

— Почему?

— Потому что ты не будешь платить за твоего чмошника! — рявкнул Север. — Совсем долбанулась?

— Но…

— Лора, не беси меня. Я тебя прошу, — прикрикнул Вадик, став мгновенно красным от обжигающего грудь гнева. — Я просто хочу спокойно позавтракать. Давай без вот таких гениальных идей.

Охренеть. Гавнюк ее подставил, жестко киданул, практически ей на лоб мишень нацепил, а Рыжик, мать Тереза хренова, выгораживать его надумала! Еще и Север помогать ей будет! Ага, счаз! Уже бежит, роняя тапки! Дура.

Обиженная и надутая Рыжик ковыряла в тарелке, не произнося ни звука. В столовую зашел один из его людей. Кивком головы попросил разрешения говорить.

— Давай.

— Мы выяснили, что Селезнев выехал из страны по поддельным документам, как вы и предполагали, — начал подчиненный. Рыжик оживилась, услышав о муже, встрепенулась и навострила уши. У нее даже уши красивые: небольшие, изящные. Так, стоп. Селезнев, дела, мысли надо вернуть к разговору. Что там помощник несет? — Укатил не один, в казино была у него одна шмара, Нинка, официантка. Он ее периодически потрахивал. Вот с ней и укатил. Нина на работу не выходила долго, говорила, что на больничном. Я наобум и проверил. Они, конечно, тупо лоханулись. Телка по своим документам поехала. Билет взяли до Сингапура. Ну, вы же понимаете, это лажа может быть. С такими деньжатами сменить конечную остановку раз плюнуть.

Вадик неотрывно следил за Лорой, лицо которой стало мертвецким, таким ярким, будто его краской намазали, во сто крат белее, чем скатерть на столе в его столовой. Рыжик нарочито медленно поднялась из-за стола, выпрямилась, будто ее к ровной стенке приклеили и, пошатываясь, поплелась к выходу.

— Лора… — окрикнул ее Вадик.

— Я — бегать. У меня тренировка. Ты со мной идешь? — не поворачивая головы, спросила Лора, стараясь четко выговарить каждую букву. И, не дожидаясь ответа, вышла из столовой.

— Ты дебил?! — рявкнул на подчиненного Вадик.

— Так вы это… сами при ней говорить разрешили, — оправдывался работник. Почему у него в команде одни идиоты?! Северов махнул на него рукой и пошел к Рыжику. Не идет он с ней. Летит!

Лора рванула с места, как окаянная, только начав тренировку. Как с цепи сорвалась! Такую скорость выдают на соревнованиях, не иначе. Совсем рехнулась, баба. Вадик не поспевал. Охранники плелись следом за Севером. Его бойцы, конечно, тренированные, но за Рыжиком хрен кто угонится. Пропеллер у нее в заднице что ли? Только б сдуру не натворила делов. Куда она бежит? Охрана, находящаяся в конце их каждодневного маршрута тренировок, уже давно пройдена. Рыжик высокоскоростной зенитной ракетой проскочила мимо них.

— За ней!
– рявкнул Вадик растерянным парням.

Куда она, мать ее, бежит? Впереди — обрыв!

— Л-о-о-о-р-а-а-а! — бесполезно орал Вадик во все горло. Рыжик его не слышала. Рыжик не останавливалась. Рыжик сорвалась…

Вперед! Только вперед. Остановка равна поражению. Поражение смерти подобно. За сокрушительный проигрыш ее жестоко избивают. За серьезные косяки жестко наказывают. За несерьезные тоже. Останавливаться нельзя. Лучше сдохнуть. Украсть у одного из охранников Северова пистолет и застрелиться. К еще одному избиению она не готова.

Травмированное колено адски болит. Неудачное спортивное поломанное прошлое дает о себе знать. Не сдастся. Не остановится. Не опустит руки. Вперед! Надо просто бежать дальше. Как бы тяжело ни было, как бы ни устала, надо бежать. Скоро откроется второе дыхание. Затем и третье, и четвертое. Все это уже тысячу раз ею пройдено. Столько же пережито. В этот раз будет так же. Не останавливаться.

Для Лоры бег — не просто спорт. Убегать — ее вторая натура. От родителей в семнадцать лет? Легко. От серьезной компьютерной системы, защищающей организацию, что взламывала Лора? Проще некуда. Вдобавок, она тщательно заметала следы, никто не мог выследить бесшабашного наглого хакера. От Северова? Два раза получилось. Позже организует третий, пусть не надеется, что окончательно удалось ее запугать. Не сейчас только. Сейчас не хватит сил. Соберется с мыслями, и вот тогда… а сейчас… не может… От жизненных проблем и неприятностей? Довольно просто прячется, погружаясь в любимые компьютерные игры и работу. Лора всегда убегает.