— Несколько лет мы жили под одной крышей, Милка рожала детей, которых сдуру признавал — думал, что мои. Потом узнал, что эта стерва трахалась с другими мужиками. Сразу ушел. Вот и вся история. Делали пацанов все вместе, а платить должен только я?

— Что ты такое говоришь?! Какой цинизм! — поражаюсь его словам. — Если ты сомневаешься в своем отцовстве, то можно провести экспертизу. Это не так дорого стоит, деньги у тебя были, но ты предпочел скрываться. Скажи мне, Саша, благородно ли это с твоей стороны? Уже молчу про то, что ты бросил меня.

— Я тебя не бросал! Ты сама меня выгнала, — возмутился он.

— А ты и рад был поскорее уйти, чтобы избавиться от тяжкого бремени, — говорю и отворачиваюсь, чтобы он не заметил накатившиеся на глаза слезы.

— Не говори того, чего не знаешь! Я любил тебя, Алена, если хочешь знать, и до сих пор люблю, — он сел передо мной на корточки и взял меня за руку. — Дай мне шанс все исправить. Чувствую, что ты тоже все еще любишь меня. Вижу по твоим глазам. Ничто не мешает нам снова быть вместе.

Молчу, пристально глядя в его глаза. Врет? Играет, как талантливый актер?

— Как же я скучал по твоим голубым глазкам и пухлым губкам. Прости, если сможешь, — покрывает мои ладони поцелуями и доверительно заглядывает в глаза.

— Что, даже согласен, как преданная собачка всю жизнь просидеть у моих ног? — не могу удержать себя от едкого вопроса.

— Если нужно, то буду сидеть, — кивает он. — Лишь бы быть рядом с тобой. Можешь, унижать меня словами, сколько хочешь, я это заслужил.

— Тебе лучше уйти, Саша…

— Не прогоняй меня, прошу тебя! Позволь остаться хотя бы ненадолго, побыть с тобой рядом, просто подержать за руку. Мне так не хватало твоего ангельского голоса. Прости меня.

— Если еще раз попросишь прощения, то точно выгоню. Как мне надоело, что все вокруг только и делают, что извиняются! Боятся задеть неосторожной фразой, тщательно подбирают слова в общении со мной, на каждом шагу просят прощения, как будто я какая-то малахольная девица с тонкой душеной организацией! Да я через столько всего прошла, что обросла уже третьим слоем толстой шкуры!

— Я был не прав, — тотчас исправляется Сашка. — Ты очень сильная девушка. А еще самая красивая! Видел твои фотки в интернете. И пишешь интересно.

Боже мой! И мечтать и не смела о таком: Саша здесь, рядом со мной, хочет вернуться назад, признает меня красивой и талантливой. Сон? Нет — явь. Вон как сердце выпрыгивает из грудной клетки, а руки чувствуют тепло его рук.

— Я хочу быть с тобой, — говорит он.

— Я не сексуальна.

— Ты всегда будешь для меня желанной, Алена.

— Я тебе не верю. Ты лживый.

— Поверь мне.

— Докажи, сделай что-нибудь похвальное, — бросаю ему вызов.

— К примеру?

— Переведи прямо сегодня СВОИМ детям двести тысяч. Вижу, что у тебя теперь навороченный смартфон, — киваю на Сашин iPhone последней модели. — Думаю, теперь ты умеешь пользоваться мобильными приложениями для перевода денежных средств.

— Они не мои дети, — Саша качает головой.

— Твои! Так написано в их свидетельстве о рождении. Если сделаешь это — получишь шанс.

— У меня нет сейчас столько денег, — прячет глаза.

— Сколько есть?

— Около пятидесяти.

— Переводи сейчас же при мне. Все!

Саша вздыхает, но по собственному опыту знает, что со мной спорить бесполезно, берет в руки телефон, заходит в приложение мобильный банк и отправляет на счет Мальковой Людмилы Андреевны пятьдесят тысяч рублей с пометкой «Детям». Через несколько минут на его телефон поступает звонок от бывшей жены. Саша морщится и сбрасывает вызов несколько раз.

— Возьми трубку, — требую, — пообщайся со своей вежливой благоверной.

Саша отвечает и несколько секунд слушает бурную женскую речь, затем молча кладет трубку.

— Хм… Даже спасибо сказала. Милка не ожидала от меня такой щедрости. А все благодаря тебе.

— Я это сделала не ради нее, а ради твоих детей, — поясняю я.

— Ты удивительная. Сейчас девушки такие меркантильные, строят отношения исключительно на деньгах, дорогих подарках и путешествиях. Ты добрая, искренняя и надежная. Очень сожалею, что поддался на провокацию и ушел тогда от тебя. Прос… — вовремя осекся и, чтобы больше не наболтать лишнего, поцеловал меня.