— Лина, — слышу, как зовет Давид. Ничего не отвечаю, выхожу из ванной и попадаю в руки Давида. Сердце снова отбивает рваный ритм. — Все в порядке?

— Да. Пойдём.

Маис присоединяется к нам через пару минут. Напряжённая обстановка постепенно исчезает. Тигрёнок, как всегда, найдя свободные уши в виде Маиса, готов вывалить на него всю информацию, полученную за почти пять лет сразу.

Я смотрю на них и мне снова больно от того, что мы потеряли друг друга. Но, в то же время, я счастлива, что он когда-то исчез. Ведь тогда я бы не встретила самого лучшего мужчину.

Маис ушел, пока я укладывала Тиграна спать. Мы решили остаться ночевать здесь, я пришла в нашу спальню.

— Ты как? — Давид усаживает меня к себе на колени. Обнимаю его за шею, прячу лицо у него на плече.

— Я очень благодарна, за все, что ты для нас делаешь. Сегодня я поймала себя на мысли, что рада, что он тогда нас бросил. Ведь иначе мы бы не встретились.

— И я рад. Потому что это было бы ужасно, даже представлять себе это не хочу.

Неделя пролетела очень быстро. Нужно было разгрузить следующую неделю, так как в Ереван мы планировали вылететь уже в понедельник. Задерживаться там мы не планировали, но решили устроить себе маленький отпуск. В пятницу у меня был выходной, который я провела в салоне. Завтра домой приедет мастер, сделает макияж и укладку.

— Ну что, — Давид обнимает меня. — Завтра ты сделаешь меня самым счастливым?

— Так же, как и ты меня, — улыбаюсь своему почти мужу.

Подумать только, еще полгода назад я о таком даже не мечтала. Давид дарит мне долгий поцелуй, прежде чем уехать к родителям. Завтра мы встретимся в ЗАГСе, чтоб стать мужем и женой.

— Не хочу уезжать, — шепчет он в губы. — Кто вообще придумал эту традицию?

— Это нужно, чтоб ты не видел процесс преображения, — объясняю ему. — Иначе не будет вау эффекта.

— У меня с тобой каждый день вау эффект, — возражает он, и снова целует.

— Все, иди, нам надо выспаться, — пытаюсь выкрутится из крепких объятий Давида, но он снова прижимается к моим губам. Потом, с рыком отстранившись, все же покидает квартиру.

ДАВИД

В субботу Лина станет законной женой, эта мысль будоражит, радует, делает счастливым. Вспоминаю, как весной не хотел возвращаться сюда. Ждал ли я такого подарка от жизни? Наверное, где-то на подкорке, надеялся, что это произойдет, когда-нибудь… И вот я стану мужем и отцом официально.

Эта мысль немного огорчает, потому что я вспоминаю про Еву. Я ее так и не сказал, что женюсь уже через пару дней. Нет, не потому, что боялся её реакции, скорей не хотел, чтоб она волновалась, ей вроде как нельзя. Но больше оттягивать нельзя и сегодня я решил все рассказать.

Я приехал в больницу, где Ева уже, кажется, находится вечность. В отделении меня узнают и здороваются, уже даже не спрашивают, к кому я пришёл. Я знаю, они думают, что я Евин муж, она постаралась. Захожу в палату.

— Привет, — Ева, свернувшись калачиком, лежит на кровати, и почти никак не реагирует на мое появление. — Что-то случилось? — Я присаживаюсь рядом.

— Давление стало подниматься, мне не светит выход отсюда, — она вытирает слезинки.

— Что врачи говорят?

— Ничего, наблюдаем, контролируем… — фыркает она. Сижу и думаю, как она отреагирует на новость. Но решаю, что лучше от меня.

— Завтра Кир с Хельгой прилетят. Знаешь?

— Нет, с чего вдруг? — без особого интереса спрашивает она.

— Кир будет моим свидетелем.

Проходит несколько минут, прежде чем до Евы доходит смысл моих слов. Она медленно поднимается на локте и пристально смотрит, словно пытается понять правильно ли она меня поняла.

— Да, Ева, у нас с Линой свадьба в эту субботу, — подтверждаю ее немой вопрос. Ещё секунда, и мою щёку обжигает пощёчина.

— Ненавижу, — кричит она и начинает бить меня кулаками, по щекам текут слезы, — Ненавижу, ненавижу…

— Ева, успокойся, пожалуйста, — хватаю ее руки, не позволяю ей меня бить. Прижимаю к себе, держу крепко, пока она пытается вырваться, через какое-то время она затихает, и я отстраняюсь. — Я никогда тебя не обманывал. Я люблю Лину, и это не изменится. Я готов помогать тебе, и участвовать в жизни сына, но Ева, прошу, хватит питать надежды на что-то большее с моей стороны. Этого не будет.

— Что в ней такого, — выкрикивает она. — Чем я хуже?

— Ты не хуже, ты просто не она. Мы не выбираем, кого любить, это решает кто-то сверху. Ты хороший человек, красивая и умная… Я уверен, ты встретишь того, кто станет для тебя единственным.

— Заткнись, — она зажимает уши руками. — Я не хочу слышать этот бред. Не надо меня успокаивать, я жду твоего ребенка, я была рядом, терпела твои измены, твои приступы агрессии… А ты променял меня на секретаршу… Думаешь, она будет это терпеть?