А на праздники уехала к родителям, почти на месяц. Когда вернулась, он снова был собой. Немного отстраненный, но вежливый и внимательный. Я списала всё на алкоголь, ведь он был тогда сильно пьян.

Весной, где-то в начале марта, я зашла к нему без предупреждения домой. Он снова был пьян, а в глазах бушевала настоящая буря. Злость, тоска, отчаяние, ненависть… Я даже не пыталась разобраться, столько всего там было. Я хотела усмирить этот ураган, положила ему руку на грудь и слегка погладила. Потянулась к губам, но он отвернулся, не позволил себя поцеловать. И секс снова был пыткой, он словно вымещал на мне злость.

Утром, конечно же, извинялся. Но с тех пор я старалась не попадаться ему в такие моменты, либо очень быстро исчезнуть, не попавшись в его руки. Эти приступы были цикличны, повторялись несколько раз в год, приблизительно в одно и тоже время.

И вот, сегодня он снова был на грани. Я это видела, чувствовала. Присутствие друзей его сдерживало, либо он ещё сам себя контролировал, не знаю. Но сейчас, больше всего мне хотелось уехать, чтобы не попасться ему на глаза, когда предел будет достигнут.

Кир тоже заметил его состояние, что-то тихо у него спросил. Давид только сморщился в ответ. За ужином Хельга постаралась разрядить обстановку, и ей почти удалось. Давид, правда, больше пил, чем ел. А я очень хотела узнать, что же заставляет его быть таким.

— Боишься? — со злой усмешкой спросил Давид, когда Хельга с мужем вышли, чтобы принести десерт.

— Да, — честно отвечаю. — Такой ты меня пугаешь.

— Я сам себя пугаю, — ответил он, и залпом допил содержимое бокала. А затем встал и пошёл на выход.

— Ты куда? — спросил Кир. Хельга вопросительно посмотрела на меня.

— Куда-нибудь, — и я услышала, как хлопнула входная дверь.

— Кир, ты же его друг, что с ним происходит?

— Честно, Ева, я не знаю. Он молчит. Но такое начало случаться после того, как он вернулся.

— Куда он сейчас? — Кир не отвечает, отводит глаза. — Куда он теперь? Ты же знаешь. Куда?

— Я не думаю, что тебе будет это интересно.

— Я хочу знать, — сверлю его взглядом. Он молчит. — Ладно, сама узнаю, — поднимаюсь из-за стола.

— Сядь! — говорит строго Кир. — К шлюхам он пошёл. Довольна? В клуб или в стриптиз бар, цель одна. И лучше не трогать его сейчас.

Чувствую, как по моей щеке течет слеза. Меня обижает, что он спит с другими, но тут я точно предпочту, чтоб на моем месте оказалась другая. Пусть это и жутко неприятно.

ДАВИД

День икс приближался. Вещи собраны. Сегодня официально передаю дела Киру. Завтра уже он здесь большой босс. А я через два дня покину Вену.

Мне страшно. Честно, страшно. Я даже не знаю, чего именно я боюсь. Столкнуться с прошлым? Я устал. Устал бороться с этим уничтожающим чувством. А ещё я злюсь, что не получается с этим справиться. Горечь, безнадежность, разочарование, сожаление, безысходность. Коктейль из таких неприятных эмоций плещется внутри. И это тоже злит. Злит, что она живёт и даже не подозревает, что я всё ещё медленно подыхаю. И, бля, я не знаю, как от этого избавиться. А ещё я боюсь, что захочу её найти. Просто, чтобы увидеть вживую, а не на фото. Зачем? Хрен его знает. Чтоб намотать свои кишки на кулак и вырвать к чертям… А может наоборот?.. Нет, не может быть наоборот. Глупая идея. Встреча с ней принесёт ещё больше хаоса в мою жизнь.

Ладно. Мужик я, в конце концов, или нет. А может отец поправит здоровье, и я снова смогу уехать? Это ведь не может длиться вечно? Оно должно пройти. Должно.

Ночь перед отъездом провёл с Евой. Она опять пришла сама, а утром поехала проводить меня в аэропорт. Прощаясь, как-то загадочно улыбалась, но я не стал заострять на этом внимание.

Погода дома встретила дождём, тёплым, почти летним. Зелень на деревьях стала ярче. Май должен был радовать, но навевал лишь грусть. Остановился пока у родителей, потом подберу квартиру в городе.

Мама объявила, что уже организовала приём в честь моего возвращения и того, что теперь я глава корпорации. Но я-то понимал, что это очередные смотрины. Почти каждый разговор с мамой заканчивается фразой: "Я что, внуков так и не понянчу?" А что я мог сделать? Портить жизнь кому-нибудь лишь бы порадовать маму внуками… Нет, не хочу. А женщину, от которой я хотел бы детей, я так и не встретил, или потерял, стоило встретить.

С понедельника отец стал вводить в курс дел. Димас (мой двоюродный брат) по-прежнему работал с отцом. Правда, называть его так теперь, когда он занимает должность начальника юридического отдела, было как-то неправильно, что ли. Правда, он тоже остепенился. Женился четыре года назад, даже сын уже имеется.