– Кхе… «Верхушка»… это только «Верхушка» нашего «Дома». Знаешь, сколько всего этих «Верхушек»? А у всех у них есть еще более «Верхушечная Верхушка». А в Реале, думаешь, люди долго живут? Нет, там жизнь очень опасная и жестокая. Тут надо серьезно подумать.

Опять заставляют что-то сделать. Думать! Косте снова захотелось убежать куда-нибудь за край света. Да, но он там уже был. Ничего хорошего. Очень много труб, из которых выходит черный дым, превращаясь в тучи смерти, и убивая все живое.

– Но если вы сделали выбор, то готовьтесь, – продолжил Марг. – Будем выходить в реал, учиться жить по-новому. Предлагаю через тридцать минут встретиться у главных ворот. Договорились?

– А то!

Костя извернулся, попытавшись укусить кончик собственного хвоста, и тихо сказал:

– Подождите, а я хочу к маме.

* * *

Опять этот запах гнили. Сумерки, нависшие тяжелые тучи, обещающие дождь.

Главный парадный вход, бетонная лестница без перил, высокая пластиковая дверь и электронный замок в виде круга со светящимися кнопками. Интересно, кто этой дверью пользуется? Ее уже много лет, наверно, не открывали. Охранники и обслуживающий персонал проходят через спрятанный подземный люк в цокольный этаж. «Верхушка» летает на вертолетах, и садятся на крышу. А это высоко. В Доме то побольше трехсот этажей будет. На каждом этаже шесть подуровней, десять основных коридоров, два вечно пустующих зала, и душевая с десятью кабинками. Тоже их редко кто посещал.

– Ты куда вышел? – строго спросила девочка. – Прячься! Там снимающая камера висит.

Костя разгуливал по пыльной площадке рядом с лестницей и пинал камушки, лежащие на земле. Голым пальцам ног, торчащими из дырявых кроссовок, это не очень нравилось. Но другой обуви у него не нашлось. Это в Сети можно было позволить себе носить и спортивные костюмчики Барс, и воинское обмундирование спецназовца, и все, что угодно.

– Ты че! Какая камера? В нее уже тыщу лет никто не смотрит.

– Там робот смотрит. Увидит твой образ, и подаст сигнал тревоги. Поймают тебя, меня, и… Да где этот Маржик запропастился? У него самого, что ли часов нет?

И как раз в этот момент раздалась пиликающая трель электронного замка, и дверь медленно начала открываться.

Дети рефлекторно бросились в кусты. Сухие ветки нещадно оцарапали руки, лицо. А в проеме двери, на фоне льющего из коридора света, появился неизвестный человек, сидящий на инвалидном кресле.

Кто это?

Маг?

Инвалид?

Не может быть. Это кто-то другой, случайно оказавшийся здесь, в это время.

– Ну, как, ребятки? Как вам жизнь без волшебства? – Знакомый голос не оставлял никаких сомнений. Это был Марк. Вместо кожаных штанов на нем были коричневые шорты, вместо желтого пиджака – мятая сине-зеленая футболка, а от шарфа совсем ничего не осталось. Костя и Катя вылезли из кустов и остановились в растерянности. Так обмануться!

Марк Устинов, он же должен быть сильным и крепким.

Как теперь им, детям, пробраться на озеро, суметь выжить в Реале?

– Никак, – хрипло пробурчал липовый маг. Он держал в руках что-то непонятное, белое, и то поднимал его, то опускал. – Для вашего же блага, возвращайтесь.

И тут дверь вновь скрипнула и начала открываться.

На пороге предстал Мэйчел. И он не изменился. Он все также был в своем обычном, сером костюме.

* * *

– Говорил мне старший дежурный, что никому верить нельзя, – Катя плакала, не скрывая слез, сидя на трухлявом пеньке.

– Зачем я пошел? – Костя был в состоянии не лучше, Он развалился на холодной грязной земле с редкими сухими травинками, торчащими из нее. – Я же хотел маму найти.

Они сидели на лужайке между трех засохших берез и отдыхали.

Ведь после того, как дети заметили Мэйчела, они бросились бежать. И быстро устали. Физически же они не были подготовлены. Но спрятаться они сумели.

– Зачем ты полез спасать его? Давно бы уже нашли другого, да получше! В мире Троллей много хороших воинов, – продолжала Катя.

– Я знаю, она в мире Розовых садов. Выращивает цветы, и приправы. Там только надо переплыть через озеро…

– Он тоже хороший воин. Но зачем ему эта палочка? В виртуале и так можно делать все, что угодно. А здесь никакая палочка не поможет. А он, похоже, ради палочки решил нас отдать этому… Серому…

– Я бы ей показал настоящее озеро. Она бы вылечилась, как и я.

Дети взглянули друг на друга. Вытирая слезы об грязные ладошки, об рукава, они замолчали. На мгновение. Затем разом снова вместе заговорили.

– Озера уже нет! Его закопали после твоего взрыва…

– Он не обманывал! Надо возвращаться! Я видел у него в руках…

– Иди, беги! Нас все равно скоро поймают… Что ты видел?

– У него был в руках бумажный… Как закопали?! Не может быть!

Мальчик с девочкой вновь замолчали, переводя дух. Затем он, наконец, поднялся с земли, отряхнулся, и сказал:

– Пойдем! Я видел в руках этого…Ма… груса бумажный самолет. Такой же был на полке деда. Я помню – я еще спрашивал, что это. А это простая игрушка, которая летает. Летает без всякой магии.