Она откинулась обратно на кровать, ощущая усталость во всех членах. Окинув взглядом комнату, она собралась в комок и закрыла глаза.

Можно ли было считать Джиоржа другом или врагом? Как ей связаться с полковником Ри или майором Сарса? Что они собирались с ней делать?

Последнее ее беспокоило больше всего. Групповое изнасилование? Вполне может быть, она даже не сочтет это чем-то исключительным с их стороны. Может быть, она была призом в какой-то игре? Главное, что они оставят ее в живых — во всяком случае на ближайшее время.

Ну что? Как будем выкручиваться, Сюзан? — спросила она себя.

Все ее мысли вращались вокруг этого, в памяти всплывали предупреждения Риты. Она видела женщин, которые попадали в руки романанов. Большинство из них пережили это. Пятница говорил, что это то же самое, что делала она, отрезая интимные части у мужчин. Под сердцем стало холодно. Паук дал ей испытать свое собственное исцеление.

Она не могла не думать об Ариш и другой женщине, с которыми она вместе сидела в этой тюрьме. Ариш Амаханандрас совсем не была слабаком. Таких среди командиров Патруля быть не могло, тем не менее Ариш сломалась. Как? Почему? Ледяной страх сжал ей внутренности.

Мужество, говорила она себе. Мужество либо позволит ей выжить, либо погубит. В любом случае они ее запомнят. Да, действительно, как далеко она ушла теперь от невежественной девушки, мечтавшей о звездах. Это уже достижение. Кроме того, она завоевала уважение своих людей, вела их в бой и даже заставила Джона Смита Железный Глаз одобрить ее план.

Теперь ей бы только продержаться здесь до того, как Патруль начнет атаку. Если ШТ пробьются, они найдут ее. Ей надо дожить хотя бы до этого.

— А!

Тихий нежный голос застал ее врасплох. На нее сверху смотрели ласковые глаза Нгена Ван Чжоу. Она молнией вспрыгнула на ноги, готовая ко всему. Еще бы чуть-чуть поближе, и она бы вырвала его сердце!

— Неласковый прием, не правда ли, милая девушка? — заворковал он. — Ну полно, будем друзьями, — он сильно нахмурился, как будто и правда расстроившись. — Я пришел научить тебя удовольствию.

Краем глаза Сюзан видела, как Ариш съежилась от страха. Вторая, помешанная, расслабилась при звуках голоса и засверкала глазами, поглаживая собственное тело. Сюзан захлестнула волна ужаса.

Нген подошел на шаг, и тело Сюзан напряглось. Она нанесла удар ногой; но он не достиг цели. Вместо этого, она повалилась на кровать, руки и ноги крепко сжались, а под браслетами нарастала боль.

— Дорогуша! — вскричал Нген, снимая с себя одежду. — Мы должны научить тебя, что удовольствие приходит через подчинение… а не через насилие.

Сюзан боролась с оковами на руках и ногах. Извиваясь, она от напряжения рвала свою собственную кожу. Оковы не поддавались, несмотря на тигриную силу в ее теле.

— Довольно, мой ангелочек, — проворковал его голос. Она повернулась и с ненавистью уставилась на него. Когда она попыталась укусить его, он ловко вставил ей в рот кляп.

— Нехорошо, моя красавица, но у нас много времени, чтобы поработать над удовольствием. Посмотри на мою дорогую Леону, вон там, — его пальцы начали поглаживать кожу Сюзан, когда она взглянула на женщину.

Леона Магилл! Это заинтересовало ее, она смотрела, как бывший вождь революции гладит себя и стонет.

— Ты точно так же будешь моей, моя неописуемая, великолепная красавица! — усмехнулся Нген.

Она забилась почти в истерике, бросаясь из стороны в сторону.

— А теперь, сокровище мое, — ласково добавил Нген, — посмотрим, что у тебя на уме, — он опустил ей на голову необычно большое устройство связи.

В тот же миг ее наполнило спокойствие, машина читала ее мысли, добывала образы откуда-то из глубины сознания, обволакивала ими улыбавшееся лицо Нгена, превращая врага в друга.

— Ганс, — позвала она, видя как он улыбается ей и хочет ласкать ее тело.

НЕТ! Предостережение пронеслось у нее в мозгу. ГАНС МЕРТВ! МЕРТВ! ЭТО НГЕН! ТЕБЯ НАСИЛУЮТ! БОРИСЬ!

Только к ее ужасу, ее тело откликнулось, чувствуя нежное прикосновение Ганса, в то время как глаза, в которые она смотрела, были черными, горящими, страстными.

Ее губы страстно целовали его, в то время как мозг отшатывался. Где-то в глубинах ее сознания зародился нечеловеческий вопль, который все нарастал, расщепляя мозг, заставляя ее биться в истерике и скулить, в то время, как ее предательское тело достигало вершины страсти.