— Уймись, — велел магистр, приобнимая и поглаживая по голове перепуганную Зио. — Я не намерен этого допустить. У меня был план, но он провалился, как видишь. Однако есть и другой. Ты со мной?

— Эскеврут, — внезапно ледяным тоном процедила Русти, сверля взглядом мага. — Если всё, что ты мне наплёл — враньё, сочинённое тобой лишь для того, чтобы снова использовать меня в своих целях, я…

— Это всё правда, — отрезал магистр. — Боги, Рус, когда ты перестала мне доверять? Я разве давал повод?

— Повод? — взвилась чипиреска. — Повод, Эск? Ты знал все эти годы и молчал!

— Что бы тебе дало это знание, кроме…

— Ты собирался использовать Райша, как прикрытие!

— …Чтобы раздобыть этот чёртов кристалл, Рус…

— И зуб даю, что ты так стремишься заполучить эту штуку, чтобы использовать самому!

Магистр не пытался больше спорить — просто сидел и смотрел на неё, разгорячённую, задыхающуюся от злости. Затем встал, сделал пару шагов и заключил её в объятия, поглаживая по голове, по распущенным рыжим волосам. И Русти почувствовала, что сдаётся.

— Ты со мной, Рус? — спокойно повторил он.

— Я с тобой, — выдохнула она. — Только помоги. Помоги это остановить. Чтобы Рувин… Что ты делаешь, Эск?..

Рука магистра нежно скользнула ей под рубаху, вторая ловко распустила завязки штанов. Ответа, естественно, не последовало.

— Эй, не дури, — Русти нервно глянула на всё ещё кутающуюся в простынку Зио и попыталась остановить настырные пальцы. Добилась, впрочем, лишь того, что Эскеврут упал перед ней на колени, стягивая штаны, прогулялся губами внизу живота, а потом резко подхватил на руки и уронил на постель, прямо рядом с целительницей.

— Смотри, птичка, кто у нас тут, — произнёс он, весело поблёскивая глазами. — Сердитая искорка!

И Русти ощутила, как на живот легла и заскользила вверх, к обнажённой груди, ещё одна рука, с тонкими, нежными пальцами.

— Давно хотела потрогать, — прошептал в ухо голос Зио. — Можно?

— Вы двое, — Русти зажмурилась, не в силах поверить, что всё заканчивается именно так. — Развратники…

Но, в конце концов, новые ощущения на дороге не валяются.

Девушки спали, уютно прижавшись с обоих боков. Магистр в этот раз не стал их прогонять. Лежал на спине, слушал тихое дыхание, внимал разгорающемуся за крепким полотном шатра рассвету и предавался глупейшему занятию — воспоминаниям.

Солнечная Русти забралась в его сердце пять лет назад. Он с теплотой вспоминал едва живую, раненую чипиреску с малышом на руках, которую отбил у ватаги её соотечественников. Вспоминал её сбивчивый рассказ, горячие дорожки слёз, катящихся по золотым щекам, разбитые в кровь пальцы, сжимающие невзрачный с виду кристалл на искусном кожаном шнурке. Тронутый до глубины души, он лично взял на себя заботы по отправке беглецов в столицу и горячо пообещал девочке проследить за тем, чтобы артефакт был уничтожен. Естественно, он не собирался этого делать — но наивному созданию вполне хватило его слова. Правда, помнится, попытка присвоить кристалл едва не обернулась для него полным крахом — еле удалось вывернуться, притворившись, будто придержал магическую вещицу ради тщательной проверки.

Эскеврут нежно погладил скрытое под рыжими волосами золотое плечико. Чипиреска смешно сморщила носик и сонно заворчала.

Магистр перевёл взгляд на вторую девушку. Смуглые и с рождения седые северяне — тоже весьма любопытный народ. К выразительному контрасту тёмной кожи и белых волос добавляется врождённая стройность и грация, мягкий низковатый голос, крупные и глубокие карие глаза. Но вот характер… Неудивительно, что они оказались на грани вырождения — с полсотни гордых, озлобленных, вечно воюющих друг с другом народцев, не поддающихся усмирению. Император, верно, оттого и не смотрел даже в сторону их земель — ждал, пока сами друг друга перебьют.

Его Зио, конечно, была редким исключением. Такая мягкая, робкая, чувствительная!.. Эскеврут, успевший повидать немало её соотечественников, приходил в восторг от этой девочки. Может статься, именно это противоречие и явилось решающим…

— Что в ней такого? — послышался сонный шёпот Русти. — Что в ней такого, что ты так на неё смотришь?

— Она меня забавляет, — тоже шёпотом ответил он. — Знаешь, проживи хотя бы сотню лет — начнёшь приходить в уныние от того, насколько предсказуемы люди вокруг. А уж что касается женщин…

— Я тоже предсказуема, Эск? — нос чипирески мягко ткнулся ему в шею.

— В какой-то мере, — усмехнулся магистр. — Эй, искорка, ревнуешь?

— В какой-то мере, — ворчливо передразнила она. Помолчала и хмуро добавила: — Да.

Он со вздохом провёл пальцем по её щеке, приподнял остренький подбородок, заставляя смотреть в глаза:

— Тебя я люблю тоже, глупая.

Русти растянула губы в своей особой кислой улыбке, демонстрирующей, что ни единому слову собеседника веры нет.