– Ну что ж… Позиция скептика ясна, - подытожил я.
–  Другие мнения будут?

Марк Наумович кашлянул.

– Ну, не то чтобы другие… Информации почти нет, судить очень трудно. Но, понимаете ли, на седьмом десятке приходишь к мысли, что в жизни бывает абсолютно все. И ничего отметать с порога нельзя. Ты вот говоришь, что бред, - продолжал он, повернувшись к Денисову.
–  А кто в прошлом году писал про верхнереченского волхва?

Ничего не скажешь, уел… Действительно, с год назад по заказу толстого оккультного журнала «Вихри враждебные» наше агентство подготовило большой иллюстрированный материал про потомственного волхва, проживающего в одном из районов Нижневолжской области. Писал как раз Денисов, и статья получилась захватывающая. Сам-то старик Ратибор (одно имя чего стоит!) отмалчивался, да и соседи-хуторяне не слишком откровенничали. Но в свой покосившийся дом Юру с фотокором Сизокрыловым Ратибор все-таки пустил. И ребята своими глазами увидели во дворе капище с разожженным огнем, которое окружали врытые в землю деревянные, грубо тесаные фигуры языческих богов. Как удалось узнать, старик лечит от любой хвори что людей, что скотину. А председатель поселковой администрации подтвердил: случись засуха, бегут к Ратибору, и он всякий раз помогает - высвистывает дождевые тучи… Тот же председатель не для печати сообщил, что как-то раз, навещая старика, застал его в компании двух здоровых волков. Зверюги, потупившись, сидели на задних лапах, внимали тихой, строгой речи волхва и, судя по выражению серых морд, в чем-то каялись…

Надо признать, что материал о Ратиборе стал настоящей сенсацией. Со ссылкой на «Убойные новости» его процитировали несколько изданий, хорошо прозвучал он и в Интернете. Магическая тема в славянском контексте выглядела интересно, свежо, в какой-то мере - патриотично. «Пора, пора уже вернуться к духовным истокам и показать миру глубины исконно русского ведовства, - взволнованно писал мне по электронной почте известный литератор-почвенник Иван Гнедых.
–  Сколько можно пичкать читателей баснями об эльфах, гоблинах, гномах и прочей западной нежити! Не вампир, а упырь, не ведьма, а Баба-Яга, не полтергейст, а проделки домового, не кельтский друид, а славянский волхв… Вот это - свое, корневое, не заемное!» Смеялись, помню, всем агентством …

В общем, прославили мы Ратибора. Уж не знаю, нужна ли была ему такая реклама или нет, только повел он себя самым благодарным образом. Как-то поутру, приехавши в город, ввалился он в агентство, да не с пустыми руками. Меда привез с собственной пасеки, грибов сушеных, рыбы вяленой и брякнул все это богатство прямо мне на стол. Тут-то мы с ним и познакомились. Старик мне понравился, и я ему, чувствую, тоже пришелся по душе.

С тех пор он изредка заезжал ко мне в агентство или звонил по мобильному телефону, поздравляя с праздниками. Чудный был дед, хотя и с большими странностями. Одевался крайне старомодно, из карманов постоянно торчали пучки пряно пахнущих трав, а перед тем, как переступить порог кабинета, озирался по сторонам и что-то бубнил под нос, делая замысловатые движения руками. И почему-то всегда глядел на меня слегка настороженно…

– Ну, писал, - буркнул Юра.
–  Мало ли о чем я писал за четверть века беспорочной творческой службы. Сам-то я этих чудес не видел…

– Не оправдывайся, обскурант, - безжалостно перебил я.
–  Один-ноль в пользу Марка Наумовича.
–  Я перевел взгляд на девушку.
–  Твое слово, Наталья.

– У меня пока что одни вопросы, - заявила Наташа, морща высокий чистый лоб.

– Ну, так задавай.

– Вопрос первый: какими доказательствами того, что Бормоталов не врет, мы располагаем?

Наташа, как всегда, зрила в корень. Лейкин одобрительно закивал головой. Я развел руками.

– Прямых доказательств нет. Но есть некоторые косвенные. Я успел сделать кое-какие звонки, навел справки. Максим Иванович Криволапов, двадцати восьми лет от роду, менеджер торговой фирмы «Престиж», действительно скончался нынешней ночью в монастырском госпитале от инфаркта. Что, кстати, само по себе довольно странно. Инфаркты, конечно, молодеют, но не до такой же степени…

Далее. Не знаю, как насчет прочих психиатров, - я кольнул взглядом Юру, - но Бормоталов характеризуется как опытный, уважаемый, вполне адекватный член медицинского сообщества. Масса публикаций, успешная практика, безупречная репутация. Спрашивается: с какого перепуга почтенный доктор будет вешать лапшу на уши? Да еще такую лапшу?

И, наконец, Колбасьев…

Я замолчал.

– Ну, ну? Чего остановился?
–  нетерпеливо спросил Денисов.

– Марк Наумович, что у нас есть на этого деятеля?
–  негромко спросил я.

Лейкин, человек невероятно информированный, с первых же дней в агентстве по собственной инициативе принялся составлять досье на нижневолжский истеблишмент, который представляет или может представить интерес для «Убойных новостей». В архиве Марка Наумовича фигурируют политики, бизнесмены, силовики, юристы, криминальные авторитеты… После одного случая старик по моей просьбе завел файл и на Колбасьева.

– Кое-что есть, - скромно произнес аксакал.
–  Вообще, фигура любопытная… Недавно, кстати, отметил пятидесятилетие. Уроженец Нижневолжска, школу закончил с золотой медалью. Поступил в МГУ и вышел оттуда с юридическим дипломом. Пока все складывалось отлично, а вот дальше - скука зеленая. По распределению вернулся домой, стал работать юристом в Облсовпрофе и застрял там на двенадцать лет. Должность средняя, заработок тоже. Зато с перестройкой он встрепенулся. В тысяча девятьсот восемьдесят девятом году открывает юридический кооператив и переквалифицируется в адвоката. Чуть веселее, однако звезд с неба по-прежнему не хватает. Звезды начнутся потом…

Старый интриган сделал паузу (так и тянет сказать: скушал «Твикс») и окинул аудиторию пытливым взглядом.

– Но с тысяча девятьсот девяносто шестого года все меняется, - продолжал он.
–  Именно в этом году олигарх Петровский скупил в Нижневолжске более десяти крупных пищевых предприятий, причем чуть ли не одномоментно. На пресс-конференции он сообщил, что как уроженец и патриот Нижневолжска принял решение инвестировать в промышленность региона до четверти миллиарда долларов. И вообще подумывает, не перебраться ли на старости лет в родные палестины. Во всяком случае, участок земли под Нижневолжском, в местечке Лягушкино, уже куплен…