Но понятно, что это всего лишь примитивная модель исполнения желаний в Сочинительстве. Творческое Начало во всех проявлениях, даже самых ничтожных, копирует свой высший Художественный Метод, отражая в земной механике творческий закон. Высшая цель Сочинителя - память и обладание Художественным Методом. Это и есть власть. Всё остальное приложится само собой. Хотя под понятием "само собой" скрываются и борьба, и энергия, и ум, и знания, и всё, чем приходится жертвовать и как жертвовать.

Механику исполнения желаний можно ещё уяснить на сексуальном влечении, которое опять же есть копирование основных принципов в творчестве. Чтобы добиться женщины, нужно её знать и считаться с её физиологией и психикой. Пусть эти тонкости остаются тайной сексуальных джентльменов. Важны другие вопросы: что есть оргазм, откуда он, к чему он? И действительно, животные не знают оргазма, а лишь испытывают (и то не все) некоторый сорт удовольствия и приятности. Оргазм лишает человека контроля над самим собой, это состояние, не похожее ни на какие другие ощущения, момент как бы вычленения из земной фатальности в какое-то неизведанное "неземное" состояние. Миг, в котором обретается желание, миг полного беспамятства, жизнь вне тела и вне разума. Не зря у многих неразвитой творческой энергии хватает лишь на стремление к этому супер-чувству. Так сказать сексуальная ловушка, в которой барахтается человечество.

Но нужно иметь ввиду, что оргазм происходит в голове, и опять же указывает на творческую природу человека. Это как бы его физиологическо-умственный знак, отличающий его от животных. И это знак ему, как ориентир для творческого развития - приоткрывание занавеса иного мира. И нужно понять, что именно сам человек содержит в себе возможности для достижения Своего мира и перехода в его "неземное" состояние.

Естественно, что сексуальный процесс - модель художественного, который такой же материальный и чувственный, как и сексуальный. Только вот существует дурацкое мнение, будто творчество возникает у сексуально неудовлетворённых людей и что вообще - оно вторично и побочно, а сексуальное - и есть мера всему и чуть ли не самоцель человеческого существования, ибо оно, ко всему прочему, выполняет функцию продолжения рода.

Естественно - творчество для человека вторично, но для Автора вторичен секс.

Творчество попросту принимает различные формы, и секс - одна из форм волевой материализации Творческого Начала. Если животное в человеке первично, то значит человек вторичен. Суть здесь совершенно в ином.

Почему секс довлеет над человеческим сознанием и с настойчивостью лезет даже в его сны? Это творческая энергия требует развития, и если человек не включается в творческий процесс, то он становится рабом своего инстинкта, сексуальным актёрчиком - и всё. Так же, как кто-то становится актёром инстинкта власти, остановившись в развитии. Это всё равно, как если бы человек научился только ползать и не встал на ноги. То есть все инстинкты - это лишь матрёшечная платформа для главного сложнейшего и всё пронизывающего инстинкта творчества. И он до тех пор инстинкт, пока автор не переходит на художественные уровни осознания и ответственности.

Я не говорю, что художник должен отказаться от секса, еды, сна и так далее. Пусть он хоть трижды обжора, если это ему помогает в творчестве. У каждого своя мера и свои источники знания. Но кому могут быть по-настоящему интересны простейший чиновник или сексуальный маньяк? Можно десятилетиями анатомировать их психику и устройство, копаясь в их внутреннем мире, в поисках - что откуда взялось. Это конечно дополняет знания о человеке, но если этим начинает заниматься Автор, то он своим копанием в "подлинниках" размножит их на двойников чиновников и маньяков. Известно, что этот "металлолом" человечества всегда получит в итоге маленькую вспышку "оргазма" - беспамятство, к которому так рвалось примитивное желание (Кстати, равенства не существует и в ощущениях переживания оргазма. У Автора более красочное и более объёмное мировосприятие. Автор и боль, и радость, и горе воспринимает совершенно иначе, чем человек).

Инстинкты служат Автору как средство познания, как тело, поддерживающее и стимулирующее имеющего высшую цель - создание Нового мира.

Буддизм призывает человека отказаться от желаний, устремиться к безличностному "коматозному" состоянию, чтобы изъять всяческую эмоциональность, а вместе с ней и страдания. Отказом от желаний исполняется единственное желание - не иметь желаний. Это стремление к полному растворению во вселенной, нейтринное существование - свободная энергия, несущаяся во вселенной, не знающая ни эмоций, ни страданий. Мировоззрение буддизма очень верное и отражает систему Творческого Начала, но заполнена система неверным содержанием, ибо она не учитывает творчество. И любая система, не учитывающая творческий инстинкт, как бы она ни была верна по форме, окажется неким перевёртышем, гигантским заблуждением, телом с искажёнными мыслями и желаниями.

Подобные метаморфозы присущи всем религиям, потому как их всегда искажает догматизм последователей. Религии - это "замороженный кусок" творческого процесса. В них нет продолжения мысли, а тем более конечной истины. Я их называю главами романа Сочинителя или же набросками к роману, ответвлениями в романе. Ведь "главный герой" романа всегда Сочинитель, являющийся и Автором самого себя.

Достижение Своеволия его Желаний - цель, а о Методе мною говорилось уже неоднократно.

Забавно, но меня самого потрясает совмещение ограниченности и бесконечности в одном и том же объёме и во мне самом. Но именно эта "противоестественная" двойственность и дарует возможность осуществления любых желаний.

Финал романа.

Судьба и жизнь одного существа - маленький "роман-рассказик". Жизнь вида - "роман-эпопея". И любому виду дана та или иная своевольная потенция к самотворчеству ("приспособляемость"). Но чтобы выжить, любой вид должен чем-то пожертвовать - лапы превращаются в плавники, плавник становится присоской, отказ от слуха усиливает зрение. Даже валун, лежащий у моря отдаёт (жертвует) часть себя, чтобы стать гладким и полностью не разрушаться от действия волн. Элемент своеволия в самотворчестве присутствует всюду. Человеческое своеволие не имеет границ хотя от подобной свободы человечество постоянно загоняет себя в тупики.