А что, если нам перестать собеседоваться, вообще забыть о причине нашей встречи, а просто хорошо провести вечер. Выпить, поесть, поговорить. Просто если продолжу предлагать вам работу, вы уж точно решите, что я козел-извращенец. Понимаю, что продолжаю тему пошлости, но как выкрутиться не могу придумать. Вы – не сильно торопитесь?

Инга развела руками, волосы снова рассыпались по плечам:

– Даже не знаю, но если вы маньяк, предупреждаю, я три года занималась каратэ.

Ник подмигнул:

– Вот это то что нужно, теперь я спокоен. Если что, спасете нас от хулиганов и хулиганок.

Несколько порций напитка, ужин и музыка кафе «Папайя» сделали своё дело. Разговор стал легким, а мир маленьким, удобным для простого общения. Вечерняя программа закружила африканскими танцами. Смешливый, румяный, невпопад шутящий ведущий приглашал гостей танцевать. Дурацкие движения, нелепые комментарии и детская радость превратили вечер в приключение. Инга отпустила себя, а Ник оказался классным парнем, с которым даже нелепые проколы воспринимались чем-то веселым и нормальным. Они хохотали, рассказывая друг о друге забавные истории, танцевали, а время улетучивалось, быстрее, чем им хотелось.

Уже на рассвете, по просыпающемуся городу, Ник провожал Ингу домой. Весна врывалась в каждый сантиметр улиц свежим дыханием жизни и свободы. Где-то подмигивала ярким тюльпаном, где-то осыпала черёмухой и сиренью.

Инга коснулась взглядом Ника и сказала:

– Это самое лучшее из провальных собеседований в моей жизни. Вот и мой дом, спасибо за этот вечер.

– Спасибо за это утро.

– Что ж, до свидания, несостоявшийся руководитель.

Ник хотел обнять Ингу, но та разжала руку и пальцем послала воздушный поцелуй.

– Доброго утра.

– Доброго.

Дома её встретил недовольным воем седой кот Мартин. Он подбежал к двери, встретил хозяйку, потерся о ее ноги и побежал на кухню, громко и протяжно призывая за собой Ингу.

Она наклонилась, погладила Мартина по плюшевой голове и сказала:

– Сейчас накормлю, чего ты всполошился? Будет тебе и молоко, и консервы.

Кот проводил хозяйку до холодильника и обратно, жадно нырнул в миску с кормом и тут же потерял интерес к остальному миру.

Инга заварила себе бабушкин чай из чабреца и каких-то секретных, терпких трав, и села на подоконник. Заря касалась её лица и Инга, вдыхая аромат трав и свежего утра прикрыла глаза. Ей стало так же спокойно и чудесно, как в детстве, когда она лежала на скамейке катамарана, а папа неспешно крутил педали, покачиваясь на соленых волнах черноморского счастья.

День уже во всю командовал городом, когда Инга открыла глаза. Рядом с ней, возле подушки, сидел кот и внимательно рассматривал вибрирующий телефон. Заметив, что хозяйка открыла глаза Мартин протяжно замяукал. Тем самым он сообщил, что приличные владельцы усатых кормят их, не когда вздумается, а чаще, желательно с утра. Инга улыбнулась коту и потрепала за ухо:

– Мартин, ну прекращай. Сейчас достану еду.

Взяла смартфон и прочла сообщение: “Это было лучшее собеседование, которое началось вечером, продлилось всю ночь и испарилось с рассветом. Предлагаю включить в него и день, чтобы охватить все варианты суток. В три часа в твоём «любимом» кафе, удобно?”

Инга, продолжая одной рукой чесать коту ухо, другой ответила:

– Да.

И добавила подмигивающий смайлик. Вместо новой работы новый роман. Тоже не плохо.

Инга коснулась лба, посмотрела на время, морщила лоб:

– Ничего себе, Мартин, а я хорошо поспала. Давно так чудесно и спокойно не спалось. В запасе у меня от силы минут сорок. Так бы и жила, наслаждаясь жизнью, если бы не хлеб насущный. Еще и рекламный текст для заказчика надо дописать и отправить, приличные же мы люди, а кот?

Тот равнодушно шевельнул усами и спрыгнул с кровати, следуя за хозяйкой на кухню.

Включив режим ускоренных сборов, Инга приняла душ, почистила зубы, наложила “Экспресс маску”, обещавшую за три минуты вернуть “молодость и красоту” . Закончила текст, дождалась пока придёт уведомление о доставке. Выдохнула.

Сытый кот безразлично наблюдал за эквилибристикой хозяйки. Инга коснулась его пальцами ног:

– Эй, старина, ну ты чего? Осуждаешь? Да знаю я все и без тебя, это глупо, неосмотрительно, и, в конце концов, опрометчиво. Но, с другой стороны, а вдруг завтра на меня кирпич упадет? Уж лучше тогда пусть перед моими глазами пролетит свидание с Ником, чем очередное собеседование. В конце концов, на работу я устроиться еще успею. Все, не осуждай меня, ладно?