Шрифт:
— А что будет, если вам не попадется ни одного галад-задорского корабля? — спросил он.
«Думает, что тогда мы забудем о договоре и будем гоняться за хоралитскими? Ха! Морской демон знает, что он там воображает».
— Если не будет кораблей, пощиплем куриц на суше, — сказала Бардис.
— Чего? — Линнар опешил.
Она с запозданием вспомнила, что он не знаком с дартагским морским жаргоном.
— Разграбим пару-тройку деревень, — пояснила Бардис.
На лице Линнара отразился ужас.
— Галад-задорские деревни, — на всякий случай уточнила Бардис, решив, что он сдуру подумал о хоралитских.
— Какая разница, — с горечью произнес Линнар. — Почему ваш народ живет разбоем?
Бардис могла сказать, что так сложилось испокон веков. Могла напомнить, насколько бедны ресурсами земли Дартага. Могла рассказать о том, сколько семей кормится за счет набегов. Но все это было слишком похоже на оправдания. Поэтому она сказала другое.
— А остальные разве не промышляют разбоем? Галад-Задор разоряет соседей, Оттария устраивает набеги на ваше приграничье. Вольные города сами пиратствуют похлеще нас. Да и Хоралия. Когда вы были в силе, то не прочь были пограбить. Разбойник разбойника разбойником зовет, тоже мне!
Линнар как-то сразу сник, и разговор закончился сам собой.
Тут принца очень вовремя окликнул Гарнс, и он ушел за очередным заданием.
Бардис уставилась в морскую даль, раздраженно сжимая и разжимая кулаки. Хоралитский корабль уже скрылся из виду, сейчас там наверняка радуются и не могут поверить, что им так повезло. Еще каких-то пару месяцев назад им было бы не уйти от драккара.
«Ничего, мы еще выпотрошим галад-задорский корабль, — пообещала Бардис. — И ты, Линнар, будешь стрелять».
Глава 6
Линнар и Хигги играли в кости, воспользовавшись свободной минуткой. За две недели в пути они стали приятелями, хотя по проскальзывавшим в речи Хигги насмешливым замечаниям, Линнар догадывался, что еще долго будет для дартагца «хоралитским идиотом».
Хигги выпали две шестерки, он победно улыбнулся. Играли без ставок, хотя отрок и порывался сначала вытрясти из Линнара деньги, но тот воспротивился. И не зря, Хигги наверняка жульничал и сейчас обчистил бы Линнара до нитки.
— Тебе везет. — Принц принялся трясти чашку с костями.
Он постепенно привык к жизни на корабле, на вторую неделю даже смог отказаться от магии: мышцы уже не болели. А обстоятельства способствовали изучению языка — Линнар уже вполне сносно говорил по-дартагски, хотя если бы учился по книгам да с преподаватели наверняка бы еще путал слова.
Поначалу матросы чурались Линнара, некоторые даже обходили стороной, будто он болен заразной болезнью. Но как он привык к ним, так и они привыкли к нему, и вскоре перестали обращать внимание, словно он стал таким же отроком, как Хигги.
Линнар бы совершенно успокоился и наслаждался морем и свежим ветром, если бы не один страх, висевший над ним острым мечом. Рано или поздно они наткнутся на галад-задорский корабль, тогда их ждет сражение. В котором он должен будет участвовать. Линнара мутило от одной мысли об этом. Еще хуже будет, если они высадятся на берег и разграбят деревню: женщины, дети, его заставят убивать их.
Линнар не знал о чем лучше молиться Единому Богу, о том, чтобы они встретили, наконец, корабль или нет. А может быть о том, чтобы драккар потонул.
— Давай, кидай уже, — недовольно проворчал Хигги. — От того, что ты их трясешь, удача не придет.
Линнар понял, что слишком глубоко ушел в свои мысли и поспешил выбросить кости. Посмотреть, сколько очков выпало, они не успели.
— Корабль! По левому борту! — крик впередсмотрящего разнесся над палубой.
Линнар вскочил, напряг зрение, вглядываясь вдаль. Но без толку, корабль был еще слишком далеко, чтобы разглядеть, чей он.
— Галад-задорский! — донеслось с мачты.
— Наконец-то! — счастливо выдохнул Хигги.
У Линнара упало сердце.
— На весла, сучьи дети! — это уже был командирский рык Бардис. — Лучники к борту! Живей!
Матросы засуетились, охваченные радостным оживлением: они извелись в ожидании добычи.
— Ух, разомнемся, — пообещал Линнару Хигги. — Пойду за луком.
Парнишка убежал, а Линнар так и остался стоять, не в силах сдвинуться с места.
Гребцы сели за весла, остальные матросы выстраивались у левого борта, налаживая на луки тетивы и возбужденно переговариваясь. Тут прозвучал глухой удар, затем еще и еще. Расположившийся под мачтой Гарнс бил в огромный барабан.