Шокировано оборачиваюсь на огромный стеллаж: — Да тут работы дней на пять, — шепчу еле слышно и достаю первую папку из сотни.

На мое счастье поиски заканчиваются быстро, Дэвид разыскивает необходимый отчет в бардаке на своем столе и с победной улыбкой демонстрирует мне наполовину исписанный клочок бумаги.

— И ради этого ты хотел здесь все перевернуть?

— Да, отец сказал предоставить и поверь если бы я этого не сделал, он бы мне весь мозг проел.

Мужчина разглаживает немного помятый лист бумаги и упаковывает бедолагу в файл, а затем в папку с твёрдой оболочкой. Откладывает приготовленный отчет и подходит к небольшой тумбе, стоящей неподалеку от дубового стола.

— Выпьем? — спрашивает мужчина, поднявшись на ноги и демонстрируя мне два бокала и наполовину выпитую бутылку виски.

— Не стоит.

Дэвид меня не слушает, разливает крепкий напиток по бокалам и передает один мне. Чокается и произносит: — За успешные поиски, — мужчина делает небольшой глоток и переводит на меня вопросительный взгляд. — Не бойся, не отравлено.

Подношу напиток к своим губам и делаю совсем крошечный глоток, терпкий вкус тут же разливается по всему рту, будоражит вкусовые рецепторы.

Отворачиваюсь от пристального взгляда Дэвида и осматриваю стену, увешанную портретами мужчин. Один из портретов сильнее других привлекает мой взор, что не остается незамеченным.

— Это мой прадедушка, Стивен Моретти, красавчик, правда? Мой дед всегда нам рассказывал, что у него была целая толпа поклонниц, которые были готовы на все, ради одного мимолетного взгляда Стивена, — смеется Дэвид.

— Почему на всех портретах все мужчины примерно одного возраста? — спрашиваю, просматривая все семь портретов.

— Каждый сам решает, когда хочет написать свой портрет для стены памяти, и это не удивительно, что каждый хочет запечатлеть себя в самом расцвете сил.

Киваю и отставив бокал наполовину полный виски, произношу: — Я думаю нам пора возвращаться.

Дэвид бросает быстрый взгляд на настенные часы и отвечает: — Ого, конечно пора, мы уже почти полтора часа здесь находимся, Альфред, наверное, там уже пол дома разнес в поисках тебя, — на последних словах мужчина зловеще улыбается, явно предвкушая.

Качаю головой: — Надеюсь собрание ещё не закончилось.

Выхожу из кабинета вслед за мужчиной и следую за ним быстрым шагом в обратном направлении.

— Прости, Каролина, — неожиданно произносит Дэвид.

Не сбавляя шаг, поворачиваю голову и вопросительно смотрю на мужчину.

Дэвид медлит, а я начинаю нервничать: — Говори.

— Прости, но это было не собрание, простая пятиминутная встреча коллег по работе.

Останавливаюсь, как вкопанная: — Пятиминутная встреча?! Веселишься?! — до меня начинает доходить. Дэвид снова использовал меня в своих играх, увёл, спрятал, решил поиграть на нервах врага.

— Это подло, — произношу, срываясь на быстрый шаг.

— Не удержался. Но с другой стороны, ты сама согласилась уйти со мной, силой я тебя не тащил.

Прожигаю недовольным взглядом Дэвида и произношу:

— Да, ты прав я сама виновата, самая настоящая, наивная дура! — произношу, срываясь на бег.

Мне хотелось пощекотать свои нервы, получить адреналин, который сейчас с бешеной скоростью несется по моим венам, хотелось растормошить Альфреда и вызвать ревность. И у меня все получилось, я добилась своего, только вот радости от полученного нет, есть дикий страх и злость на саму себя.

Последний поворот, забегаю в коридор ведущий в банкетный зал и тут же останавливаюсь. Разъяренный Альфред тут же оборачивается ко мне и с ненавистью прожигает мое покрасневшее от бега лицо.

Мгновение и вот рядом со мной останавливается Дэвид, подходит слишком близко и тяжело дыша произносит:

— Быстро бегаешь, вот, — протягивает мне мою, видно слетевшую при беге, заколку.

— Спасибо, — благодарю, а про себя проклинаю мужчину. Не стоило ему подходить ко мне слишком близко, вообще не стоило показываться на глаза Альфреду.

Секунда и вот Дэвид уже летит в стену, ударяется о красиво окрашенное покрытие спиной и оседает на деревянный пол.

Вскрикиваю и зажимаю рот руками, перевожу шокированный взгляд на не сдвинувшегося с места Альфреда и с ужасом осознаю, что только что произошло.

Любимый не смотрит на меня, он прожигает яростным взглядом друга детства, ждет, когда тот придет в себя, чтобы свершить задуманное.

Подбегаю к разъяренному кукловоду и хватаю его за руку: — Прекрати! Ты выдашь себя!