Мужчина в ответ скалится: — Буду ждать с нетерпением.

У самого стадиона мы разделяемся, я поднимаюсь на трибуну и сажусь рядом с ребятами, а Альфред присоединяется к своей команде, которая уже в полном составе ожидает своего выхода.

Сегодня нас ожидает девять турниров, вместо трех, вчерашние соревнования были настолько скоротечны и предсказуемы, что организаторы похоже решили вымотать высших, чтобы у ребят был хоть какой-то шанс пройти дальше. И они оказались совершенно правы, две команды из девяти смогли одержать победу и пройти дальше.

Девятая игра, противники Альфред и его команда, которые единственные еще ни разу не проигрывали и судя по тому, что я вижу сейчас, и не собираются. Они действуют жестко, а капитан команды и вовсе объявил охоту на бедного целителя, который даже войти в лабиринт не успел, а уже выбыл.

— Каролина, — зовет меня Итан. — Если завтра нас поставят против этого монстра, ты уж постарайся ночью, чтобы мы победили.

— Отставить! — не отрывая взгляда от происходящего в лабиринте произносит Юджин.

Только я собираюсь ответить паршивцу, как слышу сбоку робкое:

— Ты его любишь?

Оборачиваюсь, Курт смотрит на меня глазами полными печали и разочарования: — Я…я не знаю, пока рано говорить о любви. Он просто мне нравится, — и ведь даже не вру, мне действительно нравится этот высокомерный высший. Но если бы не дурацкий договора, я бы держалась от него как можно дальше.

— Ясно, но ты же не забыла о своем обещание? Сегодня у нас свидание Каролина и я хочу получить свой приз.

Курт накрывает мою ногу своей ладонью, намного выше коленной чашечки, слишком интимно. В это же мгновение со стороны Итана раздается свист, а уже через секунду я скидываю наглую ручонку:

— Что ты творишь?!

Смотрю в глаза напарника и не могу поверить в то, что в них вижу, это что злость? Неужели этот божий одуванчик умеет злиться?

— Я ждал тебя долгие годы, а ты ушла к первому встречному высшему. Что я должен делать, оставить все так как есть? Не могу, я должен уберечь тебя от самой большой ошибки в твоей жизни.

— Заткнулись! — рявкает Юджин: — Задолбали уже со своей Санта Барбарой. У нас на кону такой приз, а головы моих целителей забиты всякой ненужной хренью! Все что вас должно волновать это победа, остальное потом, после окончания турнира.

Курт открывает рот, чтобы что-то возразить Юджину, но тут же захлопывает его встретившись взглядами с ним.

Еще пять минут невыносимого напряжения и команда Альфреда одерживает очередную победу.

Ну что же, на сегодня мы имеем две победы, я испытываю гордость за ребят, но в то же время и разочарование, ведь чем больше будет народу во втором туре, тем сложнее нам придется.

После церемонии награждения, Гэри Хоук объявляет противников на завтрашний день и к моему несчастью, против нас будут биться Дэвид и его команда. Как только старый судья заканчивает свою речь, огромная волна магов поднимается с трибун и следует к выходу.

Поднимаюсь вместе со всеми и из-за всех сил стараюсь затеряться в толпе. По взгляду Альфреда брошенного на экран таблоида, когда объявили наших противников, я понимаю, что меня ожидает очередной вынос мозга. А я этого не хочу, по крайней мере не сейчас, когда мужчина в ярости.

Мне удается улизнуть незамеченной и даже добраться до нашего домика, пять минут спокойствия и входная дверь с противным скрипом открывается, а на пороге стоит Юджин с хозяином моей жизни на ближайший месяц.

Альфред как хищник, медленно, бесшумно подходит ко мне и схватив за руку тащит на выход: — Мы уезжаем.

— Куда?

— Она никуда не поедет, — Курт хватает меня за вторую руку и тянет в противоположную сторону.

Гостиную небольшого, уютного домика накрывает гробовая тишина, все присутствующие неверующе смотрят на целителя, осмеливающегося перечить высшему.

Альфред медленно поворачивает голову в сторону Курта и сквозь зубы произносит: — Что, прости?

На удивление Курт не отступает, а твердо отвечает: — Она никуда с вами не поедет, я не позволю Каролине совершить ошибку.

Осмелевший целитель тянет мою руку на себя. Бесит! Я что похожа на куклу?! Что за перетягивание живого каната?! Хочется возмутиться, наорать на двух идиотов, но я молчу, в моих словах нет никакого смысла. Эти упрямые бараны меня не послушают, только зря нервы себе истреплю.